Награда ярла Бьорка

Очнулся Хотборк уже в собственной спальне в Унсгарде. Тряхнул головой, приходя в себя, и заозирался по сторонам. Всё вокруг плыло и двоилось, отказываясь принимать четкие формы. Похоже, дядю Костю опоили чем-то и оставили спать, пока душа его не перенесётся обратно. Бьорк попытался сесть, но тело не слушалось его, на висках мгновенно выступил бисеринками пот от усилий и к горлу подкатила тошнота. Сдавшись, он рухнул обратно на шкуры и протяжно застонал, закрыв ладонями лицо.

Твою матерь...

Неужели она не придёт? Какой же он придурок -  надо бы сразу сказать ей. Сразу. Ведь это Хель, она быстро отходит. Походила бы, поворчала, может даже поплакала над такой вселенской несправедливостью, но к вечеру бы уже точно смирилась с тем, что не быть ей больше Вейлой, и Бьорк ушел бы от нее спокойный, зная, что всё идёт как надо.

А что сейчас?!

Надо было вообще промолчать! Вот только он не смог.

Сиэль права, он так привык манипулировать людьми для своей выгоды, что уже и не задумывался кем, зачем и когда. И даже ей вот попытался. Решил обмануть собственную душу. И лишь в последнюю секунду что-то щёлкнуло в нём, что так нельзя. Он видел, как тяжело Оле даётся это решение, понимал прекрасно, как сомнения терзают её. И знал про себя, что сам он бы и не решился оставить свой мир, свой дом. Слишком много для него значила его земля. Поэтому- то ему и было так страшно, что и Оля в итоге не решится тоже...

Но это было бы слишком подло - промолчать. И сейчас Бьорк не жалел, что всё-таки сказал правду, но отчаянно жалел, что так поздно её сказал. Осталось каких-то четыре часа, и она там одна. Что может прийти в голову за четыре часа оскорбленной женщине, ещё и практически в одиночку выдувшей бутылку какого-то шипучего вина? Хотборк подозревал, что ничего хорошего...

Бьорк всё-таки приложил усилие и медленно сел на кровати. Мутным взором уставился на дверь. В голове отчаянно зашумело и по телу разлилась противная холодящая слабость. Ордин, чем же его таким напоили...Даже в теле похмельного борова дяди Кости было уютней. Хотя, возможно тогда он просто был полон счастливого предвкушения, что, наконец, увидит Сиэль, а сейчас внутри всё вдребезги разбивалось от страха, что не встретить ему её больше никогда, и винить кроме себя некого...

Но что толку сидеть и жалеть себя? Надо собраться с духом и как-то дожить до полуночи. Может быть чудо свершится, и Оля всё-таки придет. Бьорк, пошатываясь встал с кровати и отправился на поиски Йоко, Вейлы и Марушки. Они наверно уже готовились к ритуалу, и может быть он сможет чем-нибудь помочь.

Ведьмы нашлись в бане. И помывочную благодаря их усилиям было не узнать. В комнате было светло как днем от огромного количества расставленных по всему периметру свечей, натоплено так, что воздух дрожал и сох от жара, а все стены пестрили кровавыми рунами. Когда Хотборк зашел, ведьмы разрисовывали пол. Чертили большой круг из рун вокруг центральной купели, уже наполненной водой и украшенной еловыми лапами.