Академия
- Автор: Щепетнов Евгений Владимирович
- Серия: Петр Синельников #3
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Академия». Краткое содержание книги:
Глава 17
Сейчас я должен сказать что-то вроде: «Мда-а…». Или: «Ни хера себе!». Или вот, очень хорошо: «Да ладно?! Что, и так можно было?!».
В общем — это я переселился из моей каморки в приличные апартаменты, в каких и живут другие курсанты. Платные апартаменты, да, но черт подери…гроши ведь на самом-то деле! Гроши для всех этих мажоров и мажорок!
И понять, чем же все-таки отличается комната для нищеброда от комнаты для отпрыска обеспеченных родителей можно только после посещения этой самой комнаты. И самое главное — после того, как заглянешь в сортир и ванную комнату. Да, да — ванную! Тут ванна стоит! Полусидячая, но ванна! Правда позеленела от времени, ее похоже что давным-давно не чистили, но самая настоящая медная ванна, с нависающими над ней кранами с горячей и холодной водой.
Откуда вода в Академии? И самое главное — откуда горячая вода? Второй вопрос совсем ерундовый: маги — на что? Ставишь емкость с водой, такую, чтобы хватало на все здание, на все нужды, на дно этой емкости помещается что-то вроде магического светильника, который подключается к разлитой в пространстве мане, и…вуаля! «Светильник», он же «кипятильник», нагревает воду до температуры кипения. Если бы ее не тратили, и если бы приток холодной воды в емкость исчез — вода постепенно совсем бы выкипела, и «кипятильник» обогревал пространство, а не воду для омовения.
А вот с первым вопросом сложнее. Как я узнал чуть раньше, в городе (как и в столице), имелась система наподобие римских акведуков. Вода, которая стекает с гор самотеком, улавливается в специальные хранилища-водозаборы, и оттуда по скрытым и открытым акведукам распределяется по всему городу. В основном, вода идет по закрытым трубам, сделанным из дерева и укрепленным производственной магией. Этим трубам уже тысяча, или даже не одна тысяча лет, но пропитанные маной стенки труб держатся до сих пор. Их не жрут червяки, не съедает коррозия — вечный материал, который не поддается даже ударам топора!
В одной из книг я прочитал, что секрет таких прочных труб уже безвозвратно утерян, нынешнего изготовления трубы могут продержаться всего лишь около двухсот лет, и потом они требуют замены.
Когда прочитал эти строки — хихикал, аж чуть слезы от смеха не потекли! ВСЕГО двести лет?! А каждую осень раскапывать и менять трубы не хотите ли?! Чтобы оставить без воды весь квартал, и на месяц остановить движение карет. Ах не хотите? Ах вы головы за это отрубите кому надо? Да, хорошее решение. Радикальное, и прямо-таки мудрое! Чик — и покатилась голова! И сразу же ремонт будет производится максимум за неделю. И еще на двести лет покой.
Итак — мой туалет почти ничем не отличается от туалета где-нибудь в земной гостинице — унитаз, раковина с кранами, и…фонтанчик! Ага, точно, оно. «Не бросай друга в биде! Биде тебе еще пригодится!»
Давление воды, кстати, держат очень недурное — водонапорная башня возвышается над Академией на высоту девятиэтажки. Все-таки удобно, когда есть горы, в горах много снега и льда. А значит — и воды.
Ванная комната выложена плиткой — тут и собственно и ванна, и душ — если тебе не хочется валяться в этом медном корыте. Слив? А канализация на что? Под городом, как я опять же узнал из прочитанных книг — разветвленная система подземных канализационных ходов, некоторые из которых старше этого города на несколько тысяч лет. Говорят, что нынешний город построен на руинах гораздо более древнего города, но сведения о предтече нынешнего «мегаполиса» то ли утрачены, то ли хорошенько засекречены. По крайней мере, ничего дельного об этом я узнать пока так и не смог.
Кровать само собой — двуспальная. Здоровенный такой сексодром — так и видится свальный грех с участием парочки-троечки симпатичных девушек и одного бледного парня. Бледного не потому, что он не управляется сразу с троими, и потому переживает, а потому, что ему досталось такое вот бледнокожее тело. Кисмет, то есть судьба — не мы тела выбираем, а тела выбирают нас. О как загогнул загогулину! Философ-библиотекарь мной бы гордился! Наверное. Или бы обматерил за глупости.
Постель свежая, не то что мои прежние застиранные простыни и подушка с комками ваты, На окнах тяжелые портьеры — дабы я мог поспать среди дня, и солнечный свет не мешал моим усталым мажорским глазкам. В прежней комнате у меня и занавесок-то не было. Конура конурой, наподобие той, в которой я жил у Велура. Только запирается изнутри, в отличие от рабской каморки.