Новый мир. Книга 1: Начало. Часть первая

Учителя сделали еще несколько замечаний и в который раз напомнили, что если кто-то отстанет от строя или сойдет с тропинки без разрешения, то до конца учебного года будет оставаться после уроков дежурным по уборке. Лишь убедившись, что никто из школьников не засунул в уши наушники, что лица тщательно закрыты респираторами или плотными повязками, головы покрыты капюшонами, а глаза — защищены очками с затемненными стеклами, они наконец успокоились.

— Ладно, — гордо осмотрев свое воинство и вздохнув, молвил физрук. — Пора в путь!

Признаться, момент был волнительным. Я, как и все, ощущал возбуждение. Много раз ранее эти ворота раздвигались передо мной, но все те разы я сидел на мягком сиденье автобуса, глядя на улицу сквозь пуленепробиваемое тонированное стекло. Теперь все было иначе. И всем не терпелось почувствовать, каково это — быть за пределами селения на своих двоих.

Я был обут в тщательно зашнурованные ботинки с рифленой подошвой, одет в удобные джинсы из плотной ткани и новенькую куртку спортивного покроя с капюшоном модной фирмы “Winterfell” поверх теплого джемпера. Заказанные папой из самого Сиднея очки, хоть и прекрасно защищали от солнца, совсем не мешали обзору. Немного раздражал лишь респиратор на лице, но на этот счет мама дала мне предельно строгие инструкции.

— Как думаешь, там страшно? — беспокойно спросила Мей, незаметно беря меня за руку.

— Главное — не отдаляться от группы, — не очень-то уверенно ответил я.

— Да ничего там страшного нет! — повернувшись к нам и приспустив повязку, Джером легкомысленно усмехнулся и подмигнул Мей. — Не так страшны пустоши, как их малюют. В них даже есть своя прелесть!

— Тебе-то почем знать? — подозрительно покосилась на него кореянка.

Ничего не ответив, он ухмыльнулся еще шире и отвернулся.

Прямо за воротами мы не увидели ничего особо примечательного. Язык как-то не поворачивался назвать эти места «дикими пустошами», особенно сейчас, когда сошли снега. Был вечер, на землю спустились сумерки — считалось, что в этот период солнечная активность снижается достаточно, чтобы можно было выходить из-под защитного озонового слоя.

Дорога на полторы полосы без разметки, по которой мы сто раз проезжали на автобусе, под небольшим уклоном шла от селения вниз. На асфальте за зиму появились трещины и даже большие ямы. По сторонам лежал вымерзший серый грунт. Растительности здесь не было, если не считать мха, покрывавшего нижнюю часть тянущихся вдоль дороги столбов, соединенных проводами — линия электропередачи, ведущая к ГЭС в Доробанцу.

У края дороги тут и там стояли мелкие технические и хозяйственные постройки, в основном жалкого вида, неотапливаемые и без электричества: разные сараи, кладовые, гаражи и склады. Чуть дальше виднелся небольшой палаточный городок, в котором в теплое время года собирались люди, по разным причинам не желающие или не могущие попасть внутрь селения. Там горели несколько костров. Взрослые называли это место «Барахолкой», а еще странным словом «Дюти-фри». Папа как-то за ужином жаловался маме, что там совершаются кое-какие сомнительные торговые сделки, но комендатура закрывает на них глаза.