Кто не спрятался, я не виноват…(СИ)

— Как думаешь, она еще может быть жива?

— Я не знаю. Мой человек, нашедший Абдала, продолжает поиски. Обнаружил притон, в котором держат проституток из Европы, но его уже куда-то перевезли. Возможно, она среди них.

— Можем туда поехать? — на мгновение оживился Роберт, оторвавшись от своих размышлений.

— Их перевозят с места на место. Как только где-то остановятся, он позвонит, и мы сразу выдвинемся туда.

Повисла пауза, которую прерывал лишь монотонный звук двигателя, да грохот изнывающей на ухабах подвески. Хасан вдруг поймал себя на том, что ему не дает покоя одна мысль.

— Ты правда собирался умереть, если бы он пообещал вернуть ее? — наконец, поинтересовался он.

— Сперва да, но потом понял, что на договор он не пойдет… А если и пойдёт, то обманет, — соврал Роберт, не желая признаваться, что на самом деле уже попрощался с жизнью, и лишь слепой случай решил исход поединка в его пользу.

— Согласен. Ему нельзя было верить. Что будем делать с твоей бригадой?

— Мы? Ничего. Ты обещал помочь мне в поиске дочери — вот и помоги. А со своими я сам разберусь.

— Тебе понадобится оружие, — не унимался Хасан, бросая короткие взгляды на Таннера.

— Да, но не сейчас. Сейчас мне нужно крепко выпить и подумать.

— Как только они узнают, что Абдал мертв, то может произойти всё, что угодно, — словно не слушая собеседника, продолжил рассуждать Хасан. — Если твоя дочь жива… Теперь ее могут убить.

— Да. Я понимаю. Поэтому надо действовать быстро. Сегодня часов в девять вечера я выйду к Нафт Шахре. Там база О’Коннела. Около двух часов ночи буду на месте. Застану его врасплох.

— Один? — не поверил своим ушам водитель.

— Не впервой. Они пока не знают, что я знаю. И не знают, что я жив, а Абдал уже нет. — Роберт показал Хасану телефон. — Если он держал с ними связь по телефону, то ничто не мешает мне поддерживать иллюзию, будто он еще жив.

— Ты отчаянный. Впервые вижу таких американцев. Обычно вы трусливые, как песчаные лисы.

— Бывает исключение во всем. Особенно если тебя загоняют в угол, — согласился Роберт. — К тому же моя мать немка, так что и я не совсем американец.

Футболка, разгрузка и бронежилет прилипли к телу, похрустывая свернувшейся кровью. Запах, исходивший от одежды, кружил голову, вызывая рвотные позывы. Хасан открыл оба окна, проветривая салон. Роберт брезгливо поморщился, почесав шею: запекшаяся кровь начала шелушиться, попадая под одежду, покалывая своими чешуйками и без того зудящую от пыли и пота кожу. Хотелось с головой окунуться в воду.

— У тебя есть где помыться?

— Ванная в доме.

— Нет, в таком виде в твой дом я снова не пойду. Хватит одного раза. На заднем дворе есть какое-то корыто?

— Что-нибудь придумаем, — усмехнулся Хасан, загоняя машину под навес.

— И еще… Выпить есть? — засунув телефон Абдала в карман, поинтересовался Роберт.

Выпить. Да, именно этого ему хотелось сейчас больше всего, даже больше, чем отмыть кожу до скрипа. Лучше всего, конечно, было бы ужраться до потери человеческого облика, так, чтобы на утро в голове шумело, и внутри все тряслось от похмелья. Но именно такое придется отложить до лучших времен. Когда Сара будет дома, тогда он и сможет расслабиться до любой степени, хоть до поросячьего визга.

— Найдется… — хмыкнул Хасан, заглушив двигатель автомобиля.