Знание! Кто «за»? Кто «против»? Воздержался?

А если на такую уже обозначившуюся настороженность и предубеждённость одной части общества против другой накладываются целенаправленные попытки перевести данное противостояние из области настроений в область практических действий, то эти попытки, а особенно если они исходят от государственных структур, обычно оказываются весьма результативными. В качестве иллюстрации здесь можно вспомнить Россию начала ХХ века, где сытые и благополучные лавочники из “чёрной сотни”, убедившись в благожелательном попустительстве полиции, с патриотическим энтузиазмом избивали пытавшихся протестовать студентов. Или США времён маккартизма, когда любое проявление независимой мысли могло стать поводом для доноса, общей обструкции и судебных нападок с приговорами вплоть до смертных. Или “культурную революцию” в Китае, когда в самодостаточное основание для морального и физического террора превращались уже не какие-то конкретные проявления “неблагонадёжности”, а одна лишь принадлежность к “интеллигентским” профессиям.

Безусловно, эти же примеры показывают, что в столь жёстких формах “антиинтеллектуальная” политика не может проводиться долго, поскольку в современных условиях она прямо подрывает внутренние и международные позиции проводящего её режима. Однако людей, чья жизнь грозит превратиться в “полный кошмар”, даже самые авторитетные заверения в том, что этот кошмар не продлится дольше нескольких лет, обычно мало успокаивают. Тем более что востребованные специалисты даже в не самых богатых странах обычно живут достаточно обеспеченно не только по внутринациональным, но и по мировым стандартам, и большинству из них в плане спокойствия и стабильности своего настоящего и будущего есть что терять.

С другой стороны, как раз “яйцеголовые” выделяются тем, что могут по достоинству оценить не только прямые и грубые, но и более деликатные намёки на то, что в обществе, где “слишком умных” отнюдь не все ценят и уважают, их благополучие, безопасность и сама жизнь напрямую зависят от сохранения “спокойствия и порядка”. И что, стало быть, находясь среди “дикой толпы”, людям “серьёзным и образованным” гораздо больше подобает демонстрация лояльности к режиму, который удерживает “в рамках” эту самую толпу, нежели любого рода поползновения в сторону изменения существующего порядка.

Таким образом, задаваемое самой системой образования противопоставление научных работников просто работникам и добавляемые по вкусу приёмы из “старой доброй” методы по разделению и властвованию позволяют современным государствам дополнительной, а главное, почти добровольной уздой привязывать к своей колеснице личный состав учёных полков и дивизий. А то, что за последние десятилетия мир стал уже немного подзабывать об опытах массовой охоты на “образованных ведьм”, лишний раз показывает, что нынешние правители достаточно овладели техниками относительно мягкого и почти ненасильственного подчинения себе сравнительно более просвещённой части общества.