Знание! Кто «за»? Кто «против»? Воздержался?

А чтобы “достойно” завершить картину сакрально-бестолкового отношения к науке, появляются также своеобразные вольнодумцы и “борцы с суевериями”, считающие, что научные работники по преимуществу есть лишь ловкие шарлатаны, пользующиеся тем, что их трудно проконтролировать, для выманивания у недальновидных правительств всевозможных ресурсов, льгот, почестей и т. д. И нельзя не признать, что определённый вклад в формирование такого отношения к себе вносит сама “интеллектуальная элита”.

Потому что уже на самых ранних этапах выделения умственного труда в особую сферу деятельности среди занятых в ней, наряду с истинными подвижниками познания, не жалевшими ради совершения новых открытий своих сил, а порой и жизни, начинают встречаться и персонажи совсем иного рода. В частности, такие, кто считает свою профессиональную роль выражением более общего социального или даже цивилизационного превосходства и способен без всякого смущения рассуждать о тех, кто в своём умственном развитии не превзошёл среднего уровня, как о “прирождённых тупицах”, “дикарях”, “быдле” и т. п. Но всё же поначалу это не составляло никакой особой проблемы.

Ведь ещё во времена Г. В. Лейбница и Я. В. Брюса городские и особенно сельские низы в немалой своей части и сами были готовы согласиться с тем, что, по сравнению с благородными дворянами, они есть существа низшего сорта. А те, кто в ответ на проявления пустого самомнения и спеси со стороны зазнавшихся интеллектуалов мог позволить себе оскорбиться, как раз поэтому редко сталкивались с подобными проявлениями. И в любом случае пока представительство учёных да и просто образованных людей в общей массе населения ограничивалось сотыми долями процента, даже самые раздражающие реплики и поступки кого-либо из штатных “умников” воспринимались не более как признаки скверного характера данных конкретных личностей.