Фантастический Калейдоскоп: Ктулху фхтагн! Том I

А что же остальные? Беликов намекал на богов, обладающих человеческими именами, но дальше не шел, а на мой вопрос, могу ли я узнать больше, ответил, что я не готов. Моя миссия, вероятно, будет слишком сложной и опасной, и нет смысла делать ее еще сложнее и опаснее.

– Однако, – заметил он, наблюдая за моим смущением, – я вам покажу кое-что. Идемте. Знайте, что моя осторожность основана не на недоверии к вам лично. Со временем вы поймете. Выполните свою работу и получите шанс подняться на ступень выше.

Я посчитал это справедливым. В конечном итоге, Беликов готов раскошелиться, поэтому имеет право на свои причуды. Хозяин дома улыбался. Очевидно, мой скепсис и вид, который я на себя напускал, играя прожженного профессионала, его забавлял.

Мы спустились на лифте на три этажа, вышли и отправились по длинному коридору. Справа и слева были двери без надписей и табличек, а обстановка напоминала офисную. И снова ни одного человека, только приглушенное эхо наших шагов.

– Считайте это задатком, – сказал Беликов, открывая ключ-картой дверь в конце коридора. – И знаком того, что я готов и дальше посвящать вас в тайны.

Он открыл дверь, мы вошли в просторное помещение, в центре которого была круглая комната с непрозрачными стенами и одной дверью. Беликов открыл и ее, входя первым и делая жест рукой. Мою осторожность он принял, наверное, за страх и не так уж и ошибся. В подземелье я чувствовал себя неуютно, но даже представить не мог, что это лишь прелюдия к тому, что скоро обрушится на меня.

Я вошел в комнату. Мягкий свет разлился по цилиндрическому помещению, и передо мной впервые предстал Провидец.

2

Мальчик, по виду лет восьми, сидел в особом кресле, облепленном приборами и мониторами. Тело его было искривлено, руки напоминали клешни, казалось, кто-то нарочно выкрутил их так. Под кожей в центре грудной клетки пульсировало сердце. Лицо… мне доводилось видеть уродов, но все же не таких. Один глаз Провидца располагался в районе виска, другой там, где должен быть нос, рот походил на крокодилью пасть без зубов, в которой шевелится влажный язык. Носа нет вовсе, на его месте прикрытый пластиковой заплаткой провал.

Самой ужасной была деформированная голова ребенка, на ее затылке выделялось полукруглое вздутие с глазами, носом и кривым ртом. Этот влажный близнец-паразит вращал глазами и пытался разглядеть меня. Осознав, что в нем жизни и разума больше, чем в теле, на котором он растет, я отступил от стекла и почувствовал тошноту.