Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение
- Автор: Литвинцев Игорь Юрьевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение». Краткое содержание книги:
Это случилось уже после окончания школы и отъезда родителей в Камбоджу. Наталья куда-то делась, а Ирка так в нашей компании и осталась. А так как обзаведение котенком я с родителями заранее обговорил как непременное условие того, что я остаюсь в Ярославле и всех знакомых об этом оповестил, вот мне счастье и привалило. Причем совершенно искренне это пишу.
Ему было чуть больше месяца: считайте, он стал моим персональным воспитанником с самого младенчества. Ну и бабушка тоже руку приложила. Котенок и в самом деле был умницей с самого раннего детства. Ему достаточно было один раз показать, как ходить в унитаз, и этого хватило. Положили туда бумажки из его кошачьего туалета, помогли запрыгнуть, он понюхал и тут же лужицу пустил. Бабушка была просто потрясена и очень рада.
Ну и вопрос возник, как его назвать. Я хотел сначала Збышеком в честь Збигнева Цибульского и своего якобы польского происхождения. Однако моя любовь к футболу победила, и он стал Эдиком – естественно, в честь Эдуарда Стрельцова. Но бабушка упорно звала его Котей, поэтому в итоге пришлось согласиться на компромисс и оставить двойное имя Котя-Эдик.
(Кстати, о двойных именах. Когда родился сын, я тоже захотел дать ему двойное имя Ян-Ярослав. Но сотрудницы ЗАГС уперлись насмерть, нельзя двойное имя иметь и все. Я им говорю:
– Хорошо, именно это нельзя, а БАМ-КамАЗ можно? Ну-ка попробуйте мне сказать, что нельзя и запретить его так назвать.
В чем в чем, а в демагогии я уже был подкован.
– Записывайте: БАМ-КамАЗ. А то сейчас позвоню куда надо, и будете потом объясняться, почему это у вас патриотизм не в чести.
А сам испугался, вдруг, думаю, возьмут и сдуру напишут? Как потом задний ход давать и к первому варианту возвращаться? Но они впали в транс и вызвали начальницу. Та в демагогии тоже была неплохо подкована и к вопросу подошла с другой стороны:
– В принципе, мы не против. БАМ-КамАЗ мы, конечно, записать можем, но умоляю, уважаемые родители, вы же люди умные, не портите жизнь ребенка! Его же дразнить станут.
И сама ловко перескочила на мой вариант:
– Вот вы сами подумайте, такое прекрасное русское имя Ярослав. Ну зачем вам еще и Ян? Или может он еврей?
Это был неожиданный поворот. Я еще и про поляков не начал выступать с контраргументами, как моя супруга, которую назвали умной родительницей, до сих пор молча хранившая нейтралитет, вдруг однозначно заявила:
– Да, вы правы, а мы согласны на Ярослава. Так и запишите).
Но это было совсем потом. А в тот период моей студенческой ярославской жизни я впервые получил возможность существовать в одиночестве, в комнате родителей. А так как не сильно был озабочен регулярным посещением лекций, то часами валялся на диване и читал. И меня никто не трогал, жизни не учил. Просто лепота!
Естественно, кот все время проводил со мной, и я его сразу же начал тренировать в прыжках в высоту. Сам еще совсем недавно ими занимался. Прилеплял маленькие кусочки мяса на стенку, а он за ним прыгал, сбивал их лапой и съедал. А я расстояние до приманки все увеличивал, увеличивал и постепенно дошел до выключателя. И когда он готовился к прыжку, говорил:
– Ап! Эдичка, туши свет!
В итоге я добился такого супер эффекта – хоть в театре Куклачева показывай. Скажем, приходят ко мне какие-нибудь нудные гости и сидят допоздна. Вот, например, Титыч с Усовым взяли такую моду – зайдут, вроде случайно, и усаживаются за шахматы. Им, видите ли, тут было удобно в них играть. Уже поздно, а они все сидят и сидят, шахматисты хреновы. Я в таких случаях дверь приоткрывал и кричал:
– Котенька! Эдик! Ты где?
Он немедленно являлся. И в этот момент я говорил:
– Эдя, красавец, иди сюда. Ап!
Он прыгал и лапой лупил по выключателю. Какие после этого могли быть шахматы? Я их выпроваживал и, конечно, кошенятина получал свою порцию мяса. Народ из группы часто меня навещал и просто обалдевал от такого номера. Не кот, цирковой артист. Как только девицы его ни тискали, но он героически все терпел.
Были и другие ситуации, когда я его целенаправленно просил свет потушить. Прекрасный был отвлекающий момент. Щелк И вдруг наступал романтический полумрак. А я вроде и ни при чем.
Котенок был настолько ко мне привязан, что я его нутром чувствовал. Мне казалось, я понимал, чего он хочет и про что рассказывает. Особенно когда он в знак одобрения наших бесед начинал об меня лбом тереться. По ночам забирался ко мне под одеяло, растягивался и дрых. Не сворачивался клубочком в ногах, а действительно растягивался вдоль тела сбоку. Приходилось быть осторожным, сильно не ворочаться. Когда я уходил из квартиры, он выбегал в прихожую прощаться. А уж как радовался при встрече.