Огненные зори

Я вскочила.

— Ты оставайся здесь, — остановил меня комендант. — Цветан, запряги лошадей и поезжай туда, к Томину мосту. В Туфе будете ждать. Если кого ранят, сразу же везите сюда.

— Так не годится, товарищ комендант! Без меня нельзя. Первая помощь должна быть оказана на месте. Поэтому я и прибыла с этой сумкой. Ведь пока раненого довезут сюда, он может умереть.

— Послушай, девушка! Ты еще не нюхала пороха, а уже соображаешь кое-что.

— В огне революции и дети становятся взрослыми, — ответила я.

Мы отправились на передовую. Оставив лошадей в Туфе, поползли по кукурузному полю. Повстанцы были в пятидесяти шагах от нас. Они и не догадывались, что у них имеется санитарная служба. Через просветы в стеблях кукурузы мы видели нашу цепь, залегшую в лощине возле моста. А сверху противник поливал наших огнем. Пули свистели и срезали кукурузные стебли. Видимо, солдаты не знали точно, где находятся повстанцы. Стреляли, чтобы подбодрить себя.

Послышались взрывы ручных гранат, залаяли пулеметы. С криком «ура» солдаты понеслись к позиции повстанцев. Затрещали сломанные стебли кукурузы. Наши молчали. Наконец солдаты вышли из кукурузного поля. И только тогда послышалась команда: «Огонь!» Загремели повстанческие винтовки. Я своими глазами видела, как палачи заметались, словно взбесившиеся кабаны. Налетела вторая волна. Скосили и ее. Третья — отбили. Поляну перед кукурузным полем усеяли тела убитых. Но противнику уже удалось обнаружить, где залегли повстанцы. На наших обрушился огненный шквал. Послышались стоны раненых, и в это время раздался призыв командира: «Ура, вперед!» С трех сторон, как когда-то на Шипке, устремились вверх по склону наши ополченцы. Правда, на Шипке было наоборот: на Орлином гнезде расположились наши, а снизу их атаковал враг. Крики «ура» подняли всех на ноги. Я увидела, как враг заколебался, не зная, куда стрелять в первую очередь — влево, вправо или прямо по шоссе. Эта заминка оказалась на руку нашим. Повстанцы появились на кукурузном поле, откуда в горы отступали солдаты. Вражеские пулеметы замолкли: каратели боялись перебить своих. Начался рукопашный бой.

Я впервые видела воочию множество раненых и убитых. Под градом пуль подползли к месту боя и вынесли первого раненого. Пуля пробила ему шею, и кровь лилась, как из худого решета. Не успели мы перенести первого, как снова послышался стон. Я узнала голос и в ужасе вскочила.

— Замфир! Убили Замфира!

Как потом рассказывали, он всю ночь играл на свирели и пел, веселя отряд.

— Мама, мамочка! — послышался голос юноши.

Замфиру поручили подавить вражеский пулемет. Он подполз поближе и одним прыжком бросился на пулеметчика. Замфир отбросил его в сторону, повернул пулемет на врага, прикрыв огнем отступавших повстанцев. «Довольно, отходи», — услышал он приказ командира, и в этот момент его сразила пуля.