Честь Рима

- Это ты так пришел вести со мной переговоры?

Макрон опустил руки и пожал плечами. - Лучше быть готовым к любым неожиданностям, я всегда так говорю.

- Действительно? Уверяю тебя, центурион, лучше не носить оружие, когда оно не нужно, чем иметь его и причинить обиду, а значит, и иметь в нем возможную нужду.

Макрон нахмурился. - Теперь в нем не будет нужды.

Мальвиний подозвал человека с кинжалом, который пересек комнату и вручил ему его. Он быстро осмотрел ножны, прежде чем вытащить лезвие и тщательно проверить режущую кромку большим пальцем. Затем он положил кинжал на ладонь, тщательно изучая рукоять из слоновой кости. - Хорошее оружие.

- Благодарю.

- При других обстоятельствах я бы предложил тебе за него справедливую цену.

- Это не для продажи.

- Ты прав. Я думаю, что я придержу его у себя. Считай это небольшим платежом по счетам. - Выражение лица Мальвиния стало жестче. - Я очень разочарован в тебе, Макрон. Как ты думаешь, чего ты добьешься, принеся оружие на эту встречу? Все, чего ты добился, так то, что ты оскорбил меня и заставил относиться к тебе с подозрением. Разумный человек мог бы подумать, что ты намеревался причинить мне вред. Как ты думаешь, это поможет нашему делу?

- Мне все равно, Мальвиний. Я здесь только для того, чтобы согласиться на твои условия. Освободи своих заложников, и я клянусь служить тебе. Клянусь честью.

Мальвиний тонко улыбнулся. - Ты будешь рад узнать, что они уже освобождены. Приказ был отдан в тот момент, когда ты вошел в терму. Я думаю, они уже на пути обратно к «Собаке и оленю» в тот самый момент, пока я сейчас с тобой говорю.

При этих словах Макрон почувствовал прилив облегчения, за которым сразу же последовали сомнения и подозрения. - Я не уверен, что верю тебе.

- Не веришь? - Губы Мальвиния скривились в жестокой ухмылке, когда он поднял правую руку и насмешливо обратился к Макрону. - Я, Мальвиний, клянусь перед богами и присутствующими, что говорю правду... Доволен?

- Зачем сразу же отпускать их?

- Потому что они выполнили свою задачу. Они мне больше не нужны. Они были залогом того, чтобы быть уверенным, что ты вернешься в Лондиниум и сдашься мне. И вот ты здесь, словно агнец на заклание.

Правда поразила Макрона, как удар под дых. Это была ловушка. Ловушка с самого начала. Осознание этого заставило его на мгновение замереть, и это было его ошибкой. Он почувствовал пятно движения сбоку, но прежде чем его глаза смогли повернуться к нему, вспыхнула ослепительно белая вспышка, когда его сильно ударили по виску. У него закружилась голова, комната вокруг заплясала, белые искры быстро исчезли. Потом он почувствовал тошноту, и его вырвало. Еще один удар, на этот раз сзади, посередине спины, прямо по почкам. Агония была мгновенной. Первый человек сильно ударил его по щеке, и Макрон пошатнулся, его чувство равновесия нарушилось. Грубый толчок между лопаток заставил его упасть на колени. Он был слишком ошеломлен, чтобы мыслить здраво, и покачнулся, моргая и мотая головой, чтобы попытаться очистить свой разум. Перед ним нарисовалась фигура со сжатым кулаком, готовая нанести удар.