Избранные произведения. II том
- Автор: Кирнан Кэтлин Р., Берлсон Дональд
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Василий Николаевич Дорогокупля
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. II том». Краткое содержание книги:
Данное издание представляет собой сборник разных авторов, составленный С. Т. Джоши, виднейшим авторитетом по творчеству Лавкрафта. В нём представлены произведения таких мастеров «литературы тревожного присутствия», как Рэмси Кэмпбелл, Кейтлин Р. Кирнан, Майкл Ши, Майкл Маршалл Смит и др.
Я заозирался по сторонам; мне померещилось, что пещера сжимается, словно ее пожирает разрастающаяся тень. Стало трудно дышать, я похолодел от страха — тьма словно бы алчно надвигалась на меня. Хватая ртом воздух, я кинулся к лестнице и, оскальзываясь, вскарабкался наверх. Через какое-то время меня догнал Филипп и закрыл за нами дверь. Он достал из кармана платок, промокнул мне потный лоб. Я раздраженно выхватил у него лоскут и грубо обтер лицо.
— Замкнутое пространство, — пояснил я.
Филипп кивнул с таким самодовольным видом, что мне захотелось его стукнуть. Но я просто прошагал по коридору мимо комнаты Перы в гостиную. На диване устроился Оскар: он как раз убирал в кожаный альбом какую-то фотографию. Я присел рядом и пригляделся: на снимке был запечатлен он сам в образе графа с картины Кокошки. Я забрал фотографию из его неловких рук — бедняга никак с ней не справлялся — и вставил ее в один из пустых кармашков. А затем завладел его кистью и рассмотрел ее повнимательнее, отмечая сернисто-желтый цвет кожи. Лицо его тоже отчасти утратило свои краски, грустные карие глаза глубоко запали, вокруг них пролегли темные круги.
— Что за чертовщина с тобой происходит?
— Древние сотворили свое колдовство.
Я уже собирался расспросить его подробнее, но тут Оскар поднял обезображенную руку и коснулся шрама на моем лице. Ноздри мне защекотал тошнотворный запах разлагающейся плоти — кожи, от которой разило смертью. Сжав эту руку в обеих своих ладонях, я прижал его пальцы сперва к носу, потом к губам. Этот смрад чем-то меня завораживал.
— Ты ужасно выглядишь, — прошептал Оскар, едва я тронул его ладонь языком. И отнял руку. — Плохо спал?
Я горько рассмеялся:
— Слишком много странного творится вокруг. Или мне мерещится; может, всему виной наркота, которой Эблис угостил меня вчера вечером? Или сегодня? Какой нынче день-то?
Оскар не ответил, он резко отдернулся и согнулся в приступе хриплого кашля. Вытащив откуда-то лоскут желтой ткани, больной прикрыл им рот, пока приступ не утих. Когда же он отнял платок ото рта, я заметил на ткани брызги крови.
— Что с тобой не так?
Оскар только отмахнулся:
— Не тревожься за меня, о себе думай. — Насупив брови, он уставился в пространство: не иначе, решал про себя, стоит ли мне довериться и впустить меня в свой мир. А затем встал и улыбнулся мне сверху вниз. — Поспи немного, Хэнк. Видок у тебя никакой.
— Нет, постой! — заорал я, хватая его за руку. — Черт подери, объясни мне, что происходит в этом богом забытом месте. Слышь, я не идиот. Я вижу связь между картинами в комнатах и фотоснимками в альбоме. Так вот, только что я пережил совершенно бредовое приключение с участием «Иисуса»…
Оскар недоуменно зыркнул на меня.
— Ну, Филиппа, — поправился я. — Мне нужно понять, с чем я столкнулся. Объясни.
— Объяснять так утомительно. Понимание приходит со временем, но на самом-то деле ничего не объясняет. Я тебе одно скажу: мы размыли границы между искусством и жизнью, реальностью и сном. И внешний мир, зачастую такой фальшивый и надуманный, до нас касательства не имеет. «Твой лютый недруг, Время»{125} нас едва затрагивает, а отвратительная современность целиком и полностью отвергается. Что там говорил зануда Паунд насчет искусства — «сотворить заново»?{126} Наш эстетический принцип куда более завлекателен: «Сотворить себя!»
По-видимому, на моем лице отразилось глубокое несогласие, потому что Оскар рассмеялся и покачал головой:
— Пойди поспи, Хэнк.
Я проводил его глазами. Его уговоры возымели успех: веки мои внезапно отяжелели. Я вытянулся на диване и закрыл глаза. Этот человек со всей очевидностью нездоров. Туберкулез зачастую считается отжившим заболеванием, современная медицина-де его почти поборола, но я помнил, что читал о совсем недавних эпидемиях в разных регионах земного шара. Инфекция эта очень древняя, ведь туберкулезные бугорки обнаруживали в мумиях, датируемых аж 2000 годом до нашей эры. Мне захотелось посмотреть на фотографию Оскара еще раз: я потянулся за альбомом, пристроил его на коленях и долистал до нужного изображения. Картина-оригинал была вдохновлена пребыванием Кокошки в одном из швейцарских институтов, где художник писал портреты туберкулезных пациентов. Глаза у меня слипались, мысли путались, но я внимательно рассматривал снимок, пытаясь понять, какое отношение он имеет к исходному полотну и как сказывается на состоянии Оскара. Мой новый приятель туманно намекнул на некую связь, но что она такое и как именно работает, оставалось непостижимой тайной.