Айдол-ян. Часть 4. Смерть айдола [СИ]

Не стал сам себе сбивать цену на случай, если сложится ситуация поработать с «SM». Чтобы у них вдруг не возникло неправильной мысли, что деваться мне некуда. СуМан, надо отметить, корректно провёл разговор, завуалировано и намёками. Не предложил прямо в лоб – «бросай всё, беги ко мне!». Сказал, – всегда будет рад меня видеть. Вспомнил день рождения АйЮ, наш разговор о «SNSD» об их попытке проникнуть на американский музыкальный рынок. Сообщил, что тщательно обдумал мои слова и признаёт их правоту. И имеет намерение повторить попытку, используя приобретённый опыт, – как раз сейчас размышляет над новым концептом для своих исполнительниц. Но, когда он появится, для концепта понадобятся соответствующие песни и это будет, на взгляд Чо СуМана, сложнее всего… Понятно, короче. Дело, как говорится, ясное, как светящий в ночи прожектор.

Я ответил, что, по моему мнению, это «захватывающая своим взрывным вызовом тема» и лично мне будет очень интересно понаблюдать за работой профессионалов, которые будут этим заниматься. Ну, тоже, типа намекнул. Что не результат мне интересен, а процесс, в который можно и влиться, если будет на то общее желание. Похоже, мой ответ был правильным и с Чо СуМаном мы расстались довольные общением и строящие в уме планы относительно друг друга. Своим, я имею в виду мама и онни, ничего говорить про это не стал. Что они здесь могут? Только охать и ахать. Тут всё зависит от меня.

Вернувшись вчера домой, я отправил ЮСону смс-ку, что в ближайшие два дня после праздника хочу встретиться с президентом СанХёном на предмет обсуждения сложившийся ситуации. Если встреча невозможна, то я подаю в суд. Ну, а чего дальше тянуть? За три дня выходных ЮСон не озаботился хоть как-то обозначить своё существование. Последний день уже заканчивается и до сих пор – ни слуху, ни духу. Это молчание я понимаю так: либо на меня плевать, что очень грустно, либо нынешнему руководству агентства совершенно нечего мне предложить. Что тоже грустно, поскольку подтверждает мои подозрения в том, что работаю с идиотами. Но это совсем не конец света, судьба даёт взалкавшим и у меня есть творческая энергия, которая прёт, и которую я сейчас пытаюсь зафиксировать в словах. Единственно для меня огорчение в данный момент, – осознание того, насколько корейский – не пластичный язык в сравнении с русским! Просто словно какой-то засохший кусок глины! Хотя, также очень бы хотелось посмотреть на того, кто придумал русский. В глаза ему посмотреть. Спросить: – «Как ты сумел это придумать, падла? Расскажи, я тоже хочу так уметь!» Но это всё лирика, как говорится, хиханьки и хаханьки, но у меня, в самом деле, – корейские слова никак не «утрамбовываются» в музыку, вынуждая заниматься творчеством, переиначивая строки. А вот не хочется мне стихи Владимира Семёныча «переиначивать»! Совсем не хочется. Где он, а где я? Явно у меня хуже выходит. Причём, честно говоря, не совсем понятно, зачем я этим занимаюсь. Совсем нет желания стать нормальным «попаданцем», которому обязательно следует «перепеть Высоцкого». И делать это для АйЮ, а не для всего советского народа, вообще, – лёгкая идиотия. Но вот хочется. Хочется и всё! Принцесса я, самодурка, такая вот! Как все шептались на кладбище при виде меня. Ненормальные…