Сладкое искушение [ЛП]

Она всплескивает руками и повержено опускает их.

— Ладно, это уже чересчур. Поговорим, когда вернется Блейк.

Слишком спокойная, она отворачивается. Что же нужно сделать, чтобы разозлить эту непоколебимую девчонку? Она подходит к краю бассейна, а у меня в голове щелкает, как можно ее подтолкнуть и вернуть с небес на землю.

— Что ж, это было неизбежно, — говорю я. Снова подбрасываю бутылку, когда она поворачивается ко мне лицом и смотрит с прищуром.

— Неизбежно? — переспрашивает. Я сдерживаю улыбку, улавливая в ее взгляде явную ярость. — Ну, прям как у тебя с той девицей с работы, Анной?

Откуда..? Я теряю бутылку и она с грохотом падает на деревянный настил.

— Твою мать. — Я поднимаю ее, изо всех сил пытаясь не показывать своего удивления. Чертова Марна. Заталкиваю обратно проснувшееся чувство вины. Я не прикасался ни к одной девушке до тех пор, пока не услышал об Анне и Коупе. Да и сейчас ничего не изменилось.

Но я не хотел бы, чтобы Анна узнала об этом, отчего я чувствую себя грязным уродом.

Слишком взволнованный, я зову Блейка. Мне не удалось заставить Анну потерять самообладание. Очко в ее пользу. Я рад, когда к нам присоединяется Блейк, потому что вдвоем у нас выйдет вывести Анну. В команде мы можем все. Крайне довольный собой, когда она наконец краснеет, я сажусь и погружаюсь в собственные мысли.

— Мне не нравится, когда люди оказываются фальшивками, многозначительно говорит она, и я хмурюсь. Вот, значит, как она думает? — Если вы присядете и помолчите хоть минутку, я объясню, зачем приехала и сразу уеду. А вы сможете продолжать свое веселье.

Скорее всего она блефует, взывая к нашей совести, но я сажусь ровнее, готовый внимать ее словам.

— Помнишь монахиню, сестру Рут, с которой я должна была встретиться во время нашей поездки? — Я киваю. Которая скончалась. — Ну, она явилась ко мне духом. Оказывается, она была ангельским Нефилимом. Она — потомок ангела-хранителя апостола Павла. И именно его меч Справедливости она передала мне.

У меня отвисла челюсть, как и у Блейка.

— Она нашла меня, чтобы рассказать о пророчестве. Пророчестве, в котором сказано, что демонов навеки свергнут с лица земли, и сделает это Неф, наделенный и светом, и тьмой.

Сердце в груди начинает отбивать барабанной дробью. Неф, наделенный и светом, и тьмой…

— Ты, — шепчу я. Она ловит мой взгляд и, удерживая его, кивает.

Пока в голове крутятся шестеренки, я могу только тупо смотреть перед собой. Анна — центральная фигура древнего библейского пророчества. Хотя чему я удивляюсь — ведь с самого начала было понятно, что она отличается от нас, но я не думал, что настолько. Это опасно.

— Перескажи нам пророчество, — прошу я.

Анна сглатывает и выдаст на одном дыхании.

— Времена, когда демоны наводнят землю, и человечество будет в отчаянии, станут великим испытанием. Восстанет Нефилим, что сердцем чист, и свергнет демонов с лица земли. Тем, кто раскаются — будет даровано прощение и путь обратно в рай открыт, но остальным дорога в ад.