Вперед [сборник litres]

Анна объясняет, что первым делом пришлось разломать и убрать асфальт, чтобы подготовиться к строительству. На это ушли годы, но затем она сделала фундамент из подручных материалов, используя кирпичи, столбы и бетонные блоки волноломов.

– Вероятно, официальную инспекцию строительной комиссии он бы не прошел, но дом стоит.

– Все это ты сделала сама? – спрашиваешь ты.

– У меня было много времени и много помощников.

– Где все эти помощники сейчас?

– Никого не осталось.

– Они тоже заболели?

– Да. Но, будем надеяться, ты поправишься.

Сначала тебе было очень хорошо на солнце, но теперь от жары и света у тебя разболелась голова.

– Вот почему я оставался так долго в своей комнате?

– И да, и нет. В основном ты оставался там до тех пор, пока не вспомнил, кто ты такой.

– Я забыл практически все, потому что очень долго спал.

– Совершенно верно.

Теперь ты помнишь многое, даже несмотря на то, что у тебя раскалывается голова и перед глазами все плывет.

– Я спал так долго, потому что я и все остальные заболели и ты пыталась мне помочь? Почему ты сама не болеешь?

Ты кашляешь и нагибаешься вперед, и периферийное зрение тотчас же становится размытым. Ты делаешь несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем заговорить снова.

– Копия нашего дома, как ты сказала, – говоришь ты.

Ты выходишь на лужайку перед крыльцом. Лужайка похожа на ту, что у тебя в памяти. Ты жаждешь узнать дом, ощутить если не счастье, то хотя бы удовлетворение.

– Это то же самое.

– Правда? – Ты отворачиваешься от дома и обводишь взглядом растрескавшийся асфальт и обвалившиеся громадные экзоскелеты Комплекса. – Остальной мир выглядит так же?

– По большей части, – пожимает плечами Анна. – Уверена, есть и другие счастливчики, которым удалось остаться в живых, но к нам в дверь никто не стучится.

– Все это произошло, пока я спал? Зачем ты вообще меня разбудила?

Улыбка у Анны на лице гаснет.

– Идем, – говорит она. – Материалы для забора во дворе за домом.