Бриллиантовые кандалы

Через пять минут, переодетый, он вызвал лакея вынести чемоданы. Она видела в зеркале через приоткрытую дверь, как он и лакей идут к выходу, слышала, как лакей спросил по-английски:

— Мадам не поедет?

— Нет, — долетел до неё ответ Виктора.

Выходя из номера, он задержался, оглянулся на Марину, видневшуюся в дверном проёме. Она поспешно отвела взгляд. Косясь на зеркало, она видела, что он смотрит на неё. Ей захотелось крикнуть: «Стой! Не уходи!» — но она промолчала.

Виктор с лакеем вышли. План, который она задумала, надо было довести до конца. Если Виктор и правда имеет какие-то коварные замыслы, то просто так он не отстанет. Он вернётся и продолжит свои домогательства.

Марина подошла к окну, отодвинула штору и выглянула на улицу. Внизу стояло такси. Шофёр и лакей укладывали чемоданы в багажник. Виктор прохаживался по тротуару и время от времени бросал косые взгляды на окна второго этажа. Марина поспешила задёрнуть штору.

Она вздрогнула, услышав звук отъехавшей машины. Неужели он уехал? Не может быть! Она снова подбежала к окну. Ночная улица, подсвеченная жёлтыми фонарями, была пустынна.

Марина опустилась на кровать, и тут силы окончательно оставили её. Слёзы неудержимым потоком хлынули из глаз. Память, помимо её желания, возвращала его глаза, улыбку, нежные объятия… «Виктор… Виктор…» — шептали её солёные от слёз губы.

Испытание, которое она устроила ему, вдруг показалось ей идиотским и совершенно ненужным. Не так надо было действовать! Вместо того чтобы спокойно обдумать, как разоблачить его интригу (если таковая действительно имела место), и не торопясь, втайне от него, начать искать доказательства его коварных умыслов, она очертя голову бросилась в этот нелепый допрос. Хотела в одночасье «расколоть» его. Ну что, «расколола»? Он выглядел взволнованным и подавленным, в голосе звучала обида. Но так, наверное, любой повёл бы себя на его месте! И вот он уехал, и теперь ей только и остаётся, что проклинать себя за нетерпение. Своими обвинениями в замыслах, которые он, может быть, и не вынашивал, она оттолкнула его от себя…

Внезапно ей пришло в голову, что в основе её нетерпения, её желания узнать всё как можно скорее, лежит не что иное, как любовь. Она похолодела. Ну конечно, так и есть! Она слишком сильно любит его, чтобы ждать, чтобы исподволь, терпеливо и хладнокровно доискиваться до истины! Сознавать это было горше всего.

Весь остаток ночи она пролежала на кровати одетая, смотрела на тусклое окно и вспоминала время, когда они с Виктором были вместе. Только под утро забылась недолгим сном.