Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Пермь с востока была надёжно (как казалось) прикрыта 3‐й советской армией (24,8 тыс. штыков, 3,6 тыс. сабель, 96 орудий и 442 пулемётов). С юго-запада поддержку соседям оказывала 2‐я армия (8,7 тыс. штыков, 820 сабель, 43 орудия и 240 пулемётов). Опасность для красных заключалась в том, что линия фронта растянулась аж на 400 вёрст, что позволяло противнику, ударив где послабее, без труда прорвать фронт. Было ещё одно: действия войск Красной армии существенно затруднял недостаток транспорта; имелись проблемы и с топливом к этому самому транспорту, а также с вооружением, обмундированием и обувью.
Командарм-3 Берзин направляет в адрес Реввоенсовета Республики и командования фронта докладную записку о тяжёлом положении на пермском направлении. Судя по его докладу, Пермь оказалась под угрозой захвата:
«№ 1233 30 октября 1918 г. 23 час. 10 мин.
Положение 3 армии становится все опаснее, ввиду громадного сосредоточения сил противника в районе 3 армии. В одном пермском направлении сосредоточено три дивизии, из них одна чехословацкая дивизия, Томская и Иркутская. Всего 32 500 штыков, 800 [человек] кавалерии, 33 орудия, 135 пулеметов, и ведется уже несколько дней наступление. Задача дана – взять Кунгур, Пермь. Мы бросили все, что могли дать, для создания противовеса превосходящим в три раза силам противника. Все обещанные резервы из центра в числе 147 рот и 3 тысяч из Орловского военного округа и питерские моряки – все остались только на бумаге. В течение трех недель мы получили только 250 штыков Галичской роты и 350 эстонцев.
Только [что] получены сведения, что противник повел наступление по Западно-Уралъской железной дороге на Калино, стараясь отрезать всю нашу Сводную дивизию в районе Верхотурье-Тагил. Учитывая все создавшееся положение, которое может погубить все, мы обречены на верную гибель, что и довожу до сведения. Командарм-3 Берзин»[187].
Командарму Берзину вторит член Реввоенсовета Восточного фронта Смилга, отправивший на имя Председателя ВЦИК Я. Свердлова полное отчаяния донесение:
«№ 02130 31 октября 1918 г.
Положение 3 армии критическое. Торопите Муралова с высылк[ой] полка, посылаемого Главкомом. Помните, что славная армия истекает кровью. Урал трещит. Смилга»[188].
В те дни 1918 года вопрос безопасности Перми для командования Восточного фронта являлся чрезвычайно болезненным. И вот почему: на 30 ноября красные готовили мощное контрнаступление, в ходе которого 2‐я армия должна была наступать на Красноуфимск, 3‐я – на Екатеринбург. И вот, когда до времени «Ч» оставались какие-то сутки, контрнаступление начали… белые.
В штабе Восточного фронта не догадывались, что ещё 2 ноября 1918 года командующий войсками Директории генерал Василий Болдырев подготовил утверждённую Верховным Главнокомандующим Колчаком директиву о наступлении Екатеринбургской группы Сибирской армии с целью овладения Пермью и выхода к реке Каме для после[189]дующего флангового удара «по противнику, наступающему на Уфу». Против красных (общей численностью 33,5 тыс. штыков, 4,5 тыс. сабель) на пермском и ижевском направлениях была сосредоточена Екатеринбургская и Прикамская группы Сибирской армии (командующий – генерал П.Иванов-Ринов), общей численностью 68,5 тыс. штыков, 5,2 тыс. сабель, 70 орудий и 230 пулемётов.
Вечером 17 ноября 4‐й сводный полк 28‐й дивизии, прибывший из занятого красными Ижевска в Сарапул, получил приказ перейти на левобережье Камы и, захватив Ершовку, продолжить наступление. Теперь у полка был новый командир – Я. Рейнфельд (А. Чеверёв, сдав дела и должность, готовился к отправке в Москву, на учёбу в Академии Генштаба Красной армии).
Успешно форсировав в районе Сарапула Каму, 28‐я Железная дивизия двигалась в направлении на Кунгур. Как справедливо отмечал историк К. Куликов, «фронт походил на слоёный пирог». Так оно и было на самом деле: левобережье Камы занимали азинцы; между ними и двумя советскими стрелковыми дивизиями восточнее (3‐й и 4‐й Уральскими) находились недобитые ижевские и воткинские мятежники; ещё дальше на восток стояли чехословаки и части генерала Голицына. Камская группа войск под командованием генерал-лейтенанта Люпова насчитывала 15 430 штыков, 2 255 сабель, 164 пулемёта[190].
187
Директивы фронтов. Т. I. С. 459–460. // РГВА. Ф. 176. Оп. 1. Д. 20. Л. 43–44. Копировальный оттиск с подлинника.
188
Там же. С. 461. // РГВА. Ф. 33988. Оп. 2. Д. 22. Л. 12. Копия.
189
Болдырев, Василий Георгиевич (1875–1933), – русский военный и государственный деятель, генерал-лейтенант. Из семьи кузнеца Пензенской губернии. По военной специальности – военный топограф. В 1903 году окончил Николаевскую академию Генерального штаба по первому разряду. Участник Русско-японской войны; был ранен в ногу при штурме Новгородской (Путиловской) сопки на реке Шахэ. С 1911 года преподавал в Академии Генерального штаба. Участник Первой мировой войны, которую закончил в чине генерал-лейтенанта и командующим 5-й армией. После Октябрьского переворота 1917 года – активный участник Белого движения. Верховный главнокомандующий войсками Директории. Последним его делом на этом посту стал приказ о присвоении чина генерал-майора полковнику В.О. Каппелю. После занятия Владивостока Красной армией в ноябре 1922 года выезжать из страны отказался; был арестован, но амнистирован. Расстрелян 20 августа 1933 года.
190
Куликов К. И. Указ. соч. С. 174.