Откуда берутся дети?

— Мам, а давай я выпью какау. И печенье съем! Из железной банки.

— Печенье будешь вечером есть. А сейчас кашу.

Ваня снова вздохнул.

— Не хочу… Она невкусная.

— Почему? Такая же, как всегда.

— А она всегда невкусная, — сделал открытие ребёнок и развернулся на стуле, чтобы посмотреть на мать.

Ксения спрятала улыбку.

— Замечательно, молодой человек. Мама и бабушка готовят, стараются, а ему невкусно.

Ребёнок застыдился, снова повернулся к тарелке и даже сунул в рот ложку каши. Медленно прожевал, но затем решительно отодвинул от себя тарелку.

— Мама, я не хочу.

Ксения вздохнула, подошла к столу и забрала тарелку. Придвинула к сыну чашку с какао и бутерброд с сыром.

— Ешь и бегом одеваться. Опаздываем.

— На машине поедем? — спросил Ванька с набитым ртом. Он выглядел довольным, его избавили от пытки манной кашей. Ксения огляделась в поисках папки с документами, потом кивнула.

— Да, на машине. А ты лучше жуй. Опаздываем.

Он вытер рот рукой и слез со стула.

— Я всё!

Ксения посмотрела на детскую чашку и хлебные крошки, оставшиеся на столе. Подумала убрать, потом посмотрела на часы и мысленно махнула рукой. Если чашка до вечера постоит на столе, ничего из-за этого не случится.

— Ты руки помыл? — спросила она, застёгивая молнию на Ванькиной куртке.

— И рот тоже.

Она рассмеялась.

— Умница. Голову подними.

Завязывая шарф, Ксения посмотрела на сына, а руки вдруг замерли.

— Ваня…

— Что? — он был занят тем, что разглядывал человека-паука, вышитого на варежке, и не сразу поднял на неё глаза.

Ксения аккуратно расправила узел шарфа и вздохнула.

— Скажи мне, а что ты в садике про папу говоришь?

Ванька задумчиво выпятил нижнюю губу и невинно посмотрел на мать. Ксения внимательно наблюдала за ним.

— Ваня, я тебя серьёзно спрашиваю.

Он пожал плечами.

— Ничего… Просто так.

— Как это — просто так, Ваня? Ты рассказываешь то, чего нет.

Ребёнок замялся, неловко переступил с ноги на ногу, а потом открыто посмотрел на мать.

— Но ведь у всех есть папы, — заявил Ванька несколько удивлённо. — Мама, ты не бойся, он скоро вернётся. Поработает и приедет. Его же уже долго нет, значит, скоро.

Ксения моргнула раз, другой и почувствовала, как к горлу подступают рыдания. Ванька говорил так спокойно, словно знал что-то, чего она не знала. Он был уверен, что всё будет именно так. Что он ждёт и дождётся. А Ксения не знала, как его переубедить. Она вообще не знала, как и что сейчас сказать. Как сдержаться, чтобы своими слезами сына не напугать.

До боли закусила губу и с трудом заставила себя кивнуть. Ванька ещё немного потаращился на неё, потом тяжко вздохнул и поправил шапку, которая съезжала на глаза.

— Мне жарко, мама. Можно я за дверью постою?

Она снова кивнула.

Ванька, шурша непромокаемыми штанами комбинезона, подошёл к двери и повис на ручке.

— Только не ходи вниз, жди за дверью, — опомнилась Ксения.

Сынуля кивнул и вышел за дверь.

Ксения с надрывом вздохнула, потом подошла к зеркалу, посмотрела на себя и аккуратно вытерла повлажневшие глаза.

Как ей осмелиться сказать Ване, что Андрей им никто? И имеет ли она право лишать сына надежды на чудо?

Сегодня "Волга" не подвела. Ксения благополучно довезла Ваньку до садика, а потом направилась в офис. Правда, ждали её совсем в другом месте, но доехать туда сама Ксения и не рассчитывала. Во-первых, старенькая "Волга" на такие путешествия по гололёду была уже неспособна, к тому же Ксения очень боялась "встать" где-нибудь посреди дороги. А во-вторых, поездка предстояла не близкая, и она в своих силах и умениях была ещё не столь уверена.

Села в машину, надела на ухо уже привычный наушник и ткнула в кнопку на телефоне. А когда услышала голос секретарши Сазоновой, деловито проговорила.

— Арина, это Ксения. Закажи мне такси к офису, я буду минут через двадцать.

Коротко поблагодарила, отключилась и посмотрела на себя в зеркало заднего вида. Изобразила любезную улыбку.

Рабочий день начался.

Ехать пришлось на другой конец города, там в одном из дорогих автосалонов проводилась фотосъёмка. Снимали завлекательную рекламу для модного мужского журнала. Пиар-агенство Елены Сазоновой этой рекламой как раз и занималось, это было самым крупным заказом на данный момент, трёхсторонний договор, и все силы, соответственно, были брошены именно на этот проект. Но сегодня у Лены были другие срочные дела, так что присутствовать на съёмке и следить за всем предстояло Ксении. А это было самое нелюбимое её дело. Здесь от неё ничего не зависело, зачастую приходилось лишь важно кивать, совершенно не понимая, чем все недовольны и что конкретно их не устраивает. Например, никак не могла понять — почему настолько принципиально видеть на модели именно голубой купальник, а не бирюзовый, хотя никакой особой причины для этого, а соответственно и для скандала, нет. Поначалу сильно переживала по этому поводу, потом решилась поделиться своей проблемой с Сазоновой, а та рассмеялась.

— Главное, не спорь с гениями, — дала она дельный совет. — А если спрашивают твоё мнение, тыкай пальцем в то, что тебе больше нравится.