Безнадёжность

Обдумывая положение, в котором он оказался, Александр вспомнил о ремонтном роботе. Этот универсальный автономный механизм был запрограммирован не только на поиск и устранение неисправностей гравитационных зондов, но и на контроль работы бортовых систем космических кораблей. А кроме того, обладал навыками поддержания живого диалога человеком на тот случай, если кто-то из членов экипажа вдруг начнёт испытывать дефицит общения. Следовательно, не имея прямого доступа к управлению полётом, можно попытаться сделать это опосредованно, через ремонтного робота. Нужно только наладить с ним правильный контакт и убедить в необходимости действовать по плану человека.

Размышляя о том, как лучше всего начать разговор с 2Р, Александр отправился в грузовой отсек, двигаясь также, как перемещались по орбитальным станциям его древние коллеги. Он ловко отталкивался от стен и старался не удариться о выступающие части конструкций корабля. Такой способ передвижения доставлял массу неудобств, но в отсутствие альтернатив вполне годился. Кроме того, при достаточной сноровке позволял добираться до места назначения даже быстрее, чем пешим порядком. Тело быстро вспомнило навыки, полученные в годы обучения в академии, когда курсантов день и ночь натаскивали с закрытыми глазами выполнять стандартный набор упражнений, в число которых входило и перемещение по космическому кораблю в условиях невесомости, и на то, чтобы добраться до цели, у него ушло меньше двух минут. Комфорт начинаешь ценить сразу же после того, как он исчезает. Отсутствие гравитации серьёзно усложняло жизнь на борту Тритона, но с этим вполне можно было мириться. Особенно если знаешь, как это сделать.

Робот находился там же, где Александр видел его в прошлый раз, то есть при последнем посещении грузового отсека. Он стоял на месте и не двигался, словно задумался о чём-то, что может занимать свободных от дел роботов. Человеческого роста и сложения, но без имитации кожных покровов, он вызывал своим грозным видом подсознательный страх. Сложно было оставаться абсолютно хладнокровным, понимая, что в этом способном к самостоятельному принятию решений механизме содержится физическая сила, превосходящая человеческую в десятки, если не в сотни раз. При желании робот мог бы расправиться с человеком за несколько секунд и осознание этого очевидного факта заставляло дремлющие где-то глубоко в сознании инстинкты самосохранения пробуждаться от сонного состояния.

Александр ещё в детстве чётко усвоил простую истину, которую кто-то в двадцатом веке в шутку назвал законом Мерфи. Он был убеждён, что если какая-то неприятность возможна, пусть даже и чисто теоретически, то когда-нибудь она обязательно случится и вопрос лишь в том, с тобой это произойдёт или с кем-то другим, менее удачливым. До сих пор роботы не причиняли вреда людям, но ведь и собака считается не кусачей ровно до того дня, когда впервые укусит хозяина. Именно по этим соображениям Александр стремился как мог минимизировать общение с умными механическими помощниками людей, справедливо полагая, что чем реже он с ними пересекается, тем меньше вероятность стать первым «счастливчиком», пострадавшим от «рук» робота.