Рагнарёк [calibre 4.99.4]

Мимо. Очков духа подкопилось достаточно, но я снова использовал их для ускорения, вырываясь из замыкающегося круга. Силы тела уже понемногу подходили к концу – даже со сверхчеловеческими физическими параметрами бегать в тяжелой броне вечно я все-таки не мог. На мгновения мелькнула соблазнительная мысль выбросить йотунов доспех через инвентарь и ломануться сквозь лес налегке, но я тут же ее отогнал. Не успею – затыкают иголками, и не спасет даже нырок в мир духов.

И я кое-как двигался дальше, переходя с коротких рывков от дерева к дереву на вялое ковыляние и отстреливаясь короткими вспышками огненной плети. Может, даже в кого-то попал – пот уже заливал глаза, и я не видел, что на этот раз рубит мое оружие – то ли очередной уродливый серый балахон, то ли просто некстати подвернувшуюся березку. Воздух входил в легкие с глухим хрипом, а выходил клубами густого пара… И когда успело так похолодать?

А потом пошел снег.

Неожиданно – без всяких предупреждений вроде ветра или сгустившихся туч. Просто посыпался сверху. Не мягкими тяжелыми хлопьями, а колючей крошкой, будто бы кто-то огромный прошелся над лесом, вытряхивая из мешка белую пудру. Острые кристаллики впивались в лицо и тут же таяли на разгоряченной от боя коже. Падали так густо, что через несколько мгновений деревья в паре десятков шагов утонули в сплошной серебрящейся круговерти.

Зато теперь я видел своих врагов.

Неведомые не оставляли следов на снегу и не выдавали себя паром изо рта – не знаю, нуждались ли они в дыхании… и были ли у них вообще рты. Но все же их призрачные тела оказались вполне материальными. Со всех сторон – и спереди, и за спиной, и по бокам – сквозь пургу проступали облепленные снежной крошкой тощие силуэты.

Окружили.

И бросились на меня все одновременно – видимо, уже успели понять, что я их вижу. Пылающий шнур снова вырвался из кончика посоха, устремляясь навстречу Неведомым. Плеть не встретила почти никакого сопротивления, разрубив нескольких разом, и тут же снова заплясала, кроша податливые тела и оставляя на снегу дымящиеся обноски. Я вертелся волчком, размахивая посохом во все стороны разом и сливая остатки внутреннего резерва на боевое заклинание…

В левом боку кольнуло, и полоска здоровья свалилась на три четверти разом. Один из врагов все же подобрался достаточно близко, чтобы отыскать в моих доспехах щель и тут же вогнать туда тонкое лезвие клинка-когтя. Оберег Молчана спас меня от крита – пожалуй, только поэтому я смог пережить один-единственный удар Неведомого. Пальцы сами разжались, выпуская посох, и мне понадобились все два с лишним десятка Воли, чтобы удержаться на ногах. Я шагнул вперед и скорее почувствовал, чем услышал мерзкий хлюпающий звук, с которым оружие Неведомого выходило из моего тела. И прежде, чем он ударил снова, я рванул из ножен саблю и на развороте рубанул наискосок, рассекая неожиданно мягкую плоть врага надвое. С йотуновой твари свалилась невидимость, и перед тем, как Неведомый зарябил, рассыпаясь в прах, я успел увидеть сквозь прорезь маски под капюшоном сероватую высохшую кожу и бельма слепых глаз создания, которое когда-то было человеком.