Мужья на блюдечке

Впервые в жизни Аркарон опешил. Словно его поймали за чем-то запретным. В его жизни было немало женщин, но все они появлялись на его пути внезапно, и так же быстро исчезали. Ни с одной из них больше двух раз мужчина не встречался. Пущенная в глаза пыль с Горы Забвения — и женщина шла мимо него, напрочь позабыв о бурной ночи. Это было удобно.

А вот в этот раз что-то пошло не так. Заглянув в небесно-светлые глаза, в паху будто кто гирькой приложил. Не успел Аркарон взять в себя в руки, как белобрысая ведьма вскочила, и с диким воплем вцепилась когтями ему в лицо.

В общем, он стукнул ее еще раз. Не специально. А просто так получилось. Пытаясь закрыть от ее рук глаза, взмахнул локтем и угодил женщине по скуле. Та опять затихла, сползла по спинке кресла.

— Да что за черт! — чертыхнулся чародей. — Эй, а ну не притворяйся.

Да какое там! На скуле женщины расплывался синяк, стремительно подбираясь к глазу. Да и волосы все росли, не переставая, уже закрывая ей пол лица. Пришлось творить над ее головой заклинание.

— Еще бы характерец ее изменить, — бормотал Аркарон.

Но на такие радикальные меры идти пока не решился. Ему еще многое нужно узнать у этой особы, а еще не известно, как усмиряющая магия подействует на ее память.

Решив отвлечься от созерцания незнакомки, Аркарон подошел к саркофагу. Мужчина, спавший в нем, даже не сдвинулся с места. Если бы не бьющаяся на шее вена, вообще можно было бы подумать, что он мертв.

Едва Аркарон протянул к прозрачной крышке руки, снова попытавшись открыть его, как на спину ему прыгнуло нечто орущее и царапающееся. Под незнакомые ругательства трещала ткань его рубахи. Глубокие кровавые борозды расчерчивали его спину и грудь. Досталось и обожженному черепу, и даже уху.

Но памятуя, как просто вырубить эту бешеную, он был крайне осторожен. Попытался. Встал, и отряхнулся, как пес после дождя. С глухим стуком Нола свалилась с его спины на пол. Два нокаута не прошли для нее бесследно.

Зато на Аркарона эта схватка подействовала очень необычно. Вместо дикого страха в глазах этой бестии сверкала бешеная ярость. Если ее немедленно не укротить, она исполосует его закаленное боями и годами тело на узкие ремни. Аркарон уперся руками о стену, нависнув над обессиленной, но не сдавшейся Нолой.

Его ноздри заполнились запахом тлеющего тестостерона, густо замешанного на сочившейся с бесчисленных царапин крови. Вот если бы она сейчас сжалась от страха, или хотя бы смиренно отвернулась, он бы остановился. Взял себя в руки. Но ведь нет же! Она яростно скалила на него зубы-бусинки, демонстрируя, что ни черта она его не боится.

Аркарон пнул ногой стул, посмевший встать на его пути с такой силой, что тот отлетел к противоположной стене и рассыпался на мелкие щепки.

Комната сузилась до размеров кроличьей норы, мужчина схватил Нолу за волосы и одним рывком поднял ее на ноги, резко развернул и распластал ее по стене. Ее дыхание и низкое, такое неестественное для женского пола бессильное рычание совершенно лишили его разума. Перед глазами плясали тени, от напряжения, казалось, лопнут жилы. Когда же она вцепилась когтями в его ладонь, запутавшуюся в отросших буйных кудрях, совсем сорвался с цепи. Женщина даже пикнуть не успела, когда его жесткие губы, чуть не свернув ей голову, впились в бьющуюся на шее вену.