Призрак острова  [Giants of the Frost]

Видар проснулся с неприятным чувством. Что произошло?

Свет проходил сквозь ставни. О нет, он просто проспал. Он вскочил и посмотрел из окна. Судя по расположению солнца, время уже близилось к полудню.

Думать было некогда. Быстро одевшись, он стукнул в дверь Од. Почему она не разбудила его раньше?

По ее бледному лицу он понял, что она тоже поздно заснула.

— Видар?

— Я опоздал. Мне нужно ехать немедленно.

— Будь осторожен.

— Ты помнишь, о чем я просил тебя вчера ночью?

— Конечно, — ответила она, раздражаясь.

Он взял ее за руку. Ее кожа была очень мягкой.

— Спасибо тебе, Од. Миллион раз спасибо. — Потом он отвернулся. — Я должен идти.

Она не ответила, когда он поспешно вышел из дома.

Видар не выспался, а его конь Арвак был в превосходной форме. Когда оставалась четверть мили до Валяскьяльва, на небе начали сгущаться облака и полил дождь.

Скоро Видар промок до нитки, ветер на побережье усилился, превратив его одежду в ледяную корку. Выезжая из леса, он откинул с глаз мокрые волосы и увидел дом своего отца. Казалось, что крыша чуть согнулась под тяжестью туч. Видар отдал лошадь молодому конюху и пошел к дому.

Две массивные резные двери, украшенные серебром, открывали дорогу в длинный коридор. Видар постоял немного, позволив глазам привыкнуть к темному прокуренному помещению. Войдя внутрь, он ощутил себя так, будто шагнул в пасть акулы: темнота и запах моря, перемешанный с кровью. Стены украшали факелы, освещавшие потолок. В каждом проходе стояли бюсты, серебряные фигуры, лежали шкуры убитых животных, а также висело оружие, инкрустированное драгоценными камнями. Все трофеи, добытые в битвах в Мидгарде за много сотен лет, были покрыты пылью. Видар поднял глаза к потолку. Серебряные карнизы тускло поблескивали в свете камина. Оба конца холла освещались двумя огромными факелами.

Длинные столы и скамейки были пусты, несколько слуг, стоявших в дальнем конце коридора, держали над огнем тушу оленя. Там, за деревянной дверью, находились покои Одина. В другом направлении холл сужался, переходя в еще один длинный коридор. Он вел в комнаты, где жили дяди, тети… двоюродные и сводные братья и сестры Видара.

К нему подошла молодая горничная. Все слуги здесь были смертными, которые надеялись получить бессмертие, обещанное Одином за их службу. Несмотря на это, здесь умирали многие. Частенько можно было увидеть тело, висящее на дереве, или найти человеческий скелет, объеденный рыбами и прибитый волнами к подножию скал. Лицо девушки-горничной было бледным и измученным, что говорило о том, что пожизненная служба не лучше, чем сама смерть.

— Видар? — спросила она.

— Я здесь, чтобы увидеться со своим отцом, — ответил он.

— Присядьте около огня. Я сообщу Одину о том, что вы приехали. — Вернувшись, она сообщила: — Он говорит, что скоро увидится с вами. Я дам вам выпить чего-нибудь горячего.

— У вас не найдется какой-нибудь сухой одежды? — спросил Видар.

Она избегала его взгляда.

— Хозяин велел, чтобы я ничего не предлагала вам, кроме горячего напитка, до тех пор пока он не встретится с вами.

Видар вздохнул:

— Понимаю.

Такое поведение было обычным для отца — надо показать свою власть. Видар снял мокрую рубашку и повесил ее над столом, а сам сел на пол, чтобы быть как можно ближе к огню. Потом принесли напиток, слуги входили и уходили, его одежда начала высыхать. А Один все не шел.