Враг моего сердца
- Автор: Счастная Елена Сергеевна
- Серия: Сердце Лады #1
- Год: 2018
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Враг моего сердца». Краткое содержание книги:
Елица погладила тонкие упругие стебельки травы, согретые близостью разожжённых лучин, зевнула: уж измоталась сегодня. Ей, как княженке, сиречь наследнице Борилы, нынче весь день внимания было едва не больше, чем той девушке, что Лелю изображала. Когда-то и она, помнится, сидела на такой же скамье, окружённая требами. И танцевали вокруг неё девицы, кружились в хороводе, подхватывали песню. А после она сама, прячась с подругами у излучины Велечихи, произносила, вплетая в песню-заговор, имя милого. Радима. И ждала, что вот-вот её заберут уже из отчего дома туда, где ждёт другой род и жизнь другая — обязательно счастливая.
Выдернули из размышлений, пронеслись, приближаясь, за дверью торопливые шаги. Короткий стук в дверь — и едва не ворвалась внутрь Вея. Испуганная и даже встрёпанная немного как будто. Елица и о сне тут же позабыла: случилось что-то.
— Там, — наперсница задохнулась. — Там Вышемилу принесли.
— Принесли? — в груди нехорошо вздрогнуло.
Елица нашарила тут же платок, накинув на голову, обернула вокруг шеи концы и пошла вслед за Веей, которая уже снова отступила из горницы, явно потарапливая.
— Да. Без чувств она. Избитая вся. Крепко. И… — женщина замялась на миг, как будто не знала, как и сказать. — Ссильничал её кто-то.
Елица так и остановилась, повернувшись к ней — подумала даже, что ослышалась, но тупой ужас, что застыл в глазах Веи, говорил яснее слов. Словно ледяным ручьём он перетекал и в душу Елицы, да никак осознать не получалось. Как такое могло случиться? Кто мог праздник светлый девичий осквернить? Она едва не бегом ринулась в горницу Вышемилы, распахнула дверь — и челядинка, что у лавки её хлопотала, обернулась с облегчением.
— Мы Зимаве ещё не говорили, — зачем-то прошептала она.
— И правильно, — Елица подошла. — Крови много?
Закусила губу, осматривая покрытое ссадинами лицо Вышемилы — и сама увидела, что крови и правда много: едва не весь подол залит. А по тому, как пятно расплывалось в стороны, она ещё продолжала идти. Это же какое буйство вело того, кто так с ней поступил… Чтобы истерзать, словно зверь!
— Я заговорить пыталась, — пожалилась Тана. — Да у меня не получается. Сил не хватает. Потому тебя и кликнули сразу.
Елица присела перед лавкой, погладила руку девушки, обхватила пальцами, легонько пожимая. Грязь и сукровицу с ссадин уже смыли: кожа ещё была влажной. Хорошо хоть об этом позаботились. Вышемила лежала без единого движения, но дышала ровно и глубоко — и этого пока достаточно было, чтобы хоть немного успокоиться. Елица осторожно приподняла её подол.
— За лекаркой позвали?
— Побоялась я… Слухи пойдут, — мучение и сомнение так и плескались в голосе Таны. — Хоть и так пойдут, конечно. Вот же недоля какая. Уехала из дома, чтобы уберечься. А тут такое…
Челядинка вдруг села на скамью у стола и, уронив лицо в ладони, разрыдалась. То ли от испуга за боярышню, то ли за себя: ведь когда отец Вышемилы узнает, а уж тем паче — Зимава — ей не поздоровится. Вея бросилась успокаивать Тану. Но и что-то строго ей выговаривать не забывала, уж понабралась суровости от мужа своего, старшого у гридней.
— Хватит, — от твёрдого голоса Елицы женщины так и подобрались. — Лучше ещё тёплой воды мне принесите. И рушников чистых.
Тана закивала и, споро подскочив, умчалась. Вея склонилась над плечом, раздражая, словно камнем тяжёлым нависла. Елица распустила платок, отбросила в сторону, косы распутала, пуская волны волос по плечам. Сейчас ей вся сила понадобится, чтобы кровь скорее унять. А перед глазами так и норовило всё расплыться от слёз. Но Елица всё ж совладала с собой, вдохнула и выдохнула глубоко да заговорила тихо и монотонно: “Смилуйся, Макошь, матушка сыра земля. Помоги, дай силы живой. Ты, кровь, встань! Встань кольчугой сила моего слова — не пусти. День под Оком, ночь под месяцем, под закатом, под зарёй. Тут стоят мать и дочь. Лада и Леля. Помогите, принесите золотые ключи. Замкните, заприте семьдесят жил, семьдесят поджилков, семьдесят костей, семьдесят подкостков у внучки Богов Вышемилы. Будь же заговор мой крепче камня, крепче булата, крепче иглы проходящей…”