Альфа и Омега. Книга 2

— Автограф хотели попросить, — насмешливо фыркнула я, от этих новостей мгновенно обретя угасшую было уверенность в себе.

— Девочка, послушай. — Он наклонился ко мне через стол и немного понизил голос. — Я правда хочу тебе помочь. Это все очень серьезно. Пока официальных обвинений нет, но они точно появятся. Кардинал очень не любит посторонних в своем личном пространстве, а после того, что вы устроили… Он точно не спустит это просто так.

— И как вы мне поможете? — уточнила я, склонив голову набок.

— Всегда есть два способа сделать то, что необходимо — хороший и плохой. Я могу обещать тебе, что ты никогда не узнаешь, в чем заключается плохой, — ответил детектив Гаррис. — Но ты должна что-то дать мне взамен. Начнем с фамилии, хорошо?

— Хана Гу. — Я не знаю, зачем соврала. Этот человек, кажется, в самом деле стремился мне помочь, но я слишком давно отвыкла доверять официальным лицам.

— Хана Гу, — с облегчением кивнул он. — Дата и место рождения?

Я сообщила день и месяц, потом, подумав секунду, скинула себе пару лет возраста. Город назвала настоящий — учитывая, что он уже знал, что мы учились с дочерью его напарника в одной школе, тут обман был бы более очевиден.

— Может, даже номер паспорта помнишь наизусть? — уточнил детектив, уже снова улыбаясь мне.

— Нет, — пожала плечами я. — Не помню.

— Хорошо, я отправлю запрос в базу, это… не знаю, может занять какое-то время. Тебе пока придется посидеть в камере предварительного заключения, но за то, что ты пошла мне навстречу, я распоряжусь, чтобы тебя поместили в отдельную, подальше от… уличного сброда, который мы набрали прошлой ночью. Погоди, я сейчас заполню бланк и тебя провожу.

— Если кардинал так и не выдвинет обвинения, вы будете обязаны отпустить меня через двадцать четыре часа, верно? — спросила я чуть погодя, припоминая то немногое, что знала о принципах работы системы правопорядка.

— Мне кажется, для тебя будет лучше, если он их выдвинет, — помолчав, признался мужчина, оторвавшись ненадолго от внесения данных в свой компьютер. — Потому что если он не захочет сделать все официально, то…

— Меня будут ждать на выходе, — мгновенно догадалась я, и впервые с момента моего ареста мне стало по-настоящему не по себе.

— Поэтому для тебя самой будет намного лучше, если ты останешься здесь, — подтвердил он, внимательно наблюдая за выражением моего лица. К этому моменту мне уже стало совершенно ясно, что работа в полиции научила его читать чужие эмоции как открытую книгу. И что мне стоило быть сдержаннее в их проявлении. — Закон нужен не только для того, чтобы наказывать преступников, но и чтобы защищать их до справедливого суда. Понимаешь, Хана?