Полная история Белого движения

Когда Шкуро получил известия о том, что Деникин захватил Тихорецкую, он решил признать власть Добровольческой армии. Некоторые из его казаков были против и решили вернуться в свои родные станицы, но Шкуро все-таки удалось убедить большинство в том, что в одиночку они не смогут освободить Кубань. Когда он решил нанести визит в штаб Деникина, то был весьма разочарован. Он понял из разговора с Деникиным, что старый генерал не имеет четкого понятия о целях своего движения. Но разочарование было взаимное. Офицеры, окружающие Деникина, не признавали достижения и методы Шкуро, а также пренебрежительно относились к партизанской армии, которая смогла взять, но не удержать город. Кроме того, они не поддерживали метод конфискации, который считали просто мародерством.

Деникин оказался в сложной ситуации. Шкуро считался одним из самых известных героев Белого движения. О нем ходили легенды, и его нельзя было так просто сместить. С другой стороны, генералы императорской армии очень возмущались, что человек, который был в их глазах больше вором, чем солдатом, может получить высокий командный пост. Когда Шкуро занял важный город в Ставрополье, Деникин подумал, что он не сможет его удержать, и послал полковника Улагая принять командование на себя. Шкуро был, очевидно, задет этим, но подчинился субординации, отказавшись от командования. В отличие от штаба Добровольческой армии, Кубанская рада считала его героем и в декабре 1918 года настояла на том, чтобы Деникин произвел Шкуро в генералы. Время шло, а взаимное недоверие партизан и офицеров не исчезало.

Генерал Покровский был еще одним неотесанным выскочкой в глазах кадровых офицеров. Он не был казаком, но вел армию во время Ледяного похода и установил тесные связи с Радой и правительством. Он был талантливым командиром, но также интриганом и садистом. Даже Шкуро был шокирован многочисленными приказами о повешении, изданными генералом. В своих мемуарах он описывает, как Покровский пытался убедить его: «Ты, брат, я слышал, либерал и вешаешь слишком мало людей. Я попрошу своих людей приехать сюда и помочь тебе с этим». Во время завтрака Покровский внезапно открыл дверь, позволив увидеть Шкуро повешенных пленных, при этом сказав: «Это тебе для улучшения аппетита».

Кроме того, Покровский хотел стать атаманом. Однажды он пытался убедить Шкуро арестовать тех членов Рады, которые мешали его планам, говоря Шкуро, что приказ об аресте шел от Деникина. Несмотря на антипатию к Деникину, он почувствовал подвох Покровского, но такого человека сложно было отправить в отставку, так как он был очень популярен среди простых казаков.

Добровольческая армия начинала как организация кадровых офицеров, и постепенно стало очень сложно решить проблему повышения, которая была очень важна для всех офицеров. Сложность заключалась в большом количестве критериев. Высшие посты занимали все бывшие заключенные Быхова, все, кто участвовал в Корниловском мятеже. Офицеры, принимавшие участие в первых кампаниях, также получили неплохие назначения. Они укрепляли командный дух, поэтому косо смотрели на всех новичков, которые присоединились к ним только тогда, когда появились шансы на успех. Деникин не мог и не хотел смещать офицеров, которые хоть и занимали невысокие должности во время войны, но доказали свою преданность в самые тяжелые времена, например, генерал Е. Н. Масловский, бывший штабной генерал Кавказского фронта, генерал Ирманов, командующий войсками против турок, и многие другие. Они чувствовали, что не должны занимать посты за свои прошлые заслуги. Именно эти люди и стали главными врагами молодых военачальников типа Шкуро. Все знали, что донское и украинское правительства, а также Южная армия свободно награждали высокими званиями. Как могли эти звания приравниваться к полученным в старой армии? Деникин создал комиссию, чтобы уладить эту проблему и расследовать истории старших офицеров, прежде чем их назначать, но эта комиссия не могла угодить всем.

Получилось так, что пока Деникин поддерживал казачьих партизан, многие думали, что он скрывает антиаристократические предубеждения. Поэтому он решил отменить все особые привилегии бывших офицеров гвардии. Таким образом, Деникин нажил новых врагов.