Сфирот [СИ]

— Согласен. Есть и еще причины, — кивнул я, — Напоминаю, покончить с ними не удалось даже Прометею. Мы пока отложим этот вопрос, но не забудем о нем. Теперь давайте о главном. О Сфироте.

Слова упали тяжелыми камнями, как будто разделив меня — и остальных Инкарнаторов невидимой стеной. Они знали, кто они есть, а вот я представлял собой нечто совершенно иное. Сплетение душ, рожденное Прометеем, впервые проявило свою сущность в реальном мире — и последствия этого оказались неожиданны и грандиозны.

— Сфирот, — нарушил тишину Кастор, — Единственное проявление Сфирота на Земле закончилось Красной Тревогой. Инцидент «Альфа-Омега», полностью засекреченный. Среди нас нет его живых свидетелей.

— Но сейчас система Стеллара не объявила никаких Тревог, — возразила Гелиос.

— Потому что угрозы нет, — пояснила Арахна, — Сфирот в носителе Грэя сформирован из душ наших братьев с Черной Луны, причем таким образом, что обнуленная анима Прометея является как бы их оболочкой-носителем. В результате мы получили концентрированное слияние душ, объединенных общей целью и единой морально-этической системой — нашей, человеческой. Это, конечно, не совсем «Сфирот», скорее начальная стадия, но…

— Если это всего лишь начало, мне страшно представить, каким будет полноценный Сфирот, — задумчиво пробормотал Сталкер. Он вновь включил голограмму — и на месте полупрозрачной проекции Земли с точками Тревог возникли пыльные улочки Святого Ургента под пронзительно-синим утренним небом. Я уже видел, как это выглядело со стороны — в первые секунды трансформации когиторы некоторых Инков, прежде чем дружно вырубиться, засняли то, что происходило на Ургентом в азур-диапазоне.

Над городом стоял, накрывая его сенью азурических крыльев-нимба, сияющий призрачный воин. Невыразимо прекрасный, и той же степени внушающий ужас, он казался олицетворением всех Инков Стеллара. При сверке записей оказалось, что каждый человек видел свой образ, отличающейся в некоторых деталях. Полупрозрачный, размытый доспех был очень похож на вингер Ангела, за плечами развевался знаменитый плащ дома Винтер, а меч, который великан медленно поднимал, нацеливая куда-то в небеса, явно принадлежал Сигурду. Лицо же было разным, для каждого своим — твердокаменный профиль Прометея, взгляд Тесея, усталая усмешка Ангела. Невероятным образом «Сфирот» походил на меняющегося «Виртуального Клона», когда-то продемонстрированного Арахной, но был сразу всеми ими — в одном.