За фасадом сталинской конституции. Советский парламент от Калинина до Громыко

Интересный нюанс: «Кремлевское дело» завершилось 27 июля 1935 г. закрытым процессом{564}, однако о ходе следствия поставили в известность коммунистическое руководство не только ЦИК СССР, но и Всероссийского ЦИК. В протоколе заседания Партгруппы Президиума ВЦИК от 10 июня 1935 г. содержится два весьма важных пункта: «2. Слушали: О передаче НКВД Союза ряда функций, перешедших после ликвидации РСФСР к Президиуму ВЦИК (внесено Секретариатом През[идиума] ВЦИК). Постановили: Вопрос с обсуждения снят[ь]. 3. Слушали: О Енукидзе А. С. Постановили: Вывести Енукидзе А. С. из состава членов Президиума и членов ВЦИК за политическое и бытовое разложение. Настоящее постановление внести на утверждение очередной сессии ВЦИК»{565}.

Исполняющий обязанности заведующего Секретариатом Президиума ВЦИК З. С. Островский указал в Справке по второму пункту повестки дня: «С ликвидацией НКВД РСФСР», в соответствии с постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 31 декабря 1931 г. «О мероприятиях, вытекающих из ликвидации НКВД РСФСР», в ведение Президиума ВЦИК перешел «ряд административных функций, ранее выполняемых НКВД и его местными органами»: «1. Руководство делами по приему в гражданство, правовому положению иностранцев и выдаче заграничных паспортов. 2. Утверждение уставов добровольных обществ и их союзов, а также наблюдение за их деятельностью»; «3. Руководство деятельностью органов ЗАГС. 4. Руководство осуществлением законов по отделению церкви от государства»{566}.

Руководство Секретариата Президиума ВЦИК явно подошло к вопросу взвешенно: «В соответствии с постановлением ЦИК Союза ССР “Об организации общесоюзного НКВД” […] часть этих функций (например, руководство деятельностью органов ЗАГС) перешло обратно в НКВД СССР. Следует признать также, что передача НКВД СССР руководства по приему в советское гражданство, правовому положению иностранцев и выдаче заграничных паспортов вполне соответствовала бы возложенным законом на НКВД задачам – обеспечения революционного порядка и государственной безопасности. Что касается вопроса об утверждении уставов добровольных обществ и их союзов, а также наблюдения за их деятельностью, то этот вопрос после ликвидации НКВД РСФСР был поставлен на принципиально иную почву: утверждение уставов и наблюдение за работой добровольных обществ по существу возложено было, как правило, на те наркоматы, к отрасли которых относится работа каждого данного добровольного общества{567}. Таким образом, например, уставы медицинских обществ утверждает Наркомздрав, уставы научно-технических обществ – тот наркомат, к ведению которого относится данная отрасль техники. Такой порядок вполне соответствует принятой XVII съездом ВКП(б) установке на ликвидацию функционалки в государственном управлении и переход к конкретному отраслевому руководству{568}. На Президиум ВЦИК возложено утверждение уставов лишь тех добровольных обществ, которые носят междуведомственный характер и по самому роду своей деятельности не могут быть связаны с отдельным наркоматом (таковы общества – Осоавиахим, Красного Креста и Красного Полумесяца и т. п.). Именно в виду большого политического значения такого рода обществ целесообразно было бы сохранить утверждение их уставов в компетенции высшего правительственного (так в документе. – С.В.) органа РСФСР – Президиума ВЦИК, не передавая этого дела в ведение НКВД. За НКВД следует оставить, однако, функцию наблюдения за деятельностью всех добровольных обществ с точки зрения революционного порядка и государственной безопасности, на тех же основаниях, как по действующему Положению о Рабоче-крестьянской милиции […] на РК милицию возложен надзор за соблюдением правил об обществах»{569}.