Порожденная грехом 1 [ЛП]

Грей прищурил глаза, внезапно больше не выглядя пьяным.

— Зачем? В чем дело?

Эта дискуссия была пустой тратой времени, которого у нас не было. Я схватил Грея за воротник.

— Послушай меня хоть раз и уноси свою задницу отсюда.

— Что ты сделал? — процедил он сквозь зубы.

— Покинь здание клуба немедленно.

Он вырвался из моей хватки.

— Я не сбегу, несмотря ни на что.

Я мог бы смириться с собой, если бы Витиелло убил моих братьев по клубу и даже Эрла, но я бы вечно ненавидел себя, если бы Грея не стало.

— Черт, придурок, Витиелло знает, где мы находимся. Он, наверное, уже на пути к тому, чтобы убить нас всех.

Грей отступил от меня на шаг, на его лице промелькнуло ужасное осознание.

— Ты сказал ему?

— Я должен был. Эрл зашел слишком далеко. Мы все зашли слишком далеко. Это никогда не должно было превратиться в пытку его дочери. Витиелло не должен был платить ей.

— Ты предатель!

Он повернулся, словно собираясь броситься обратно в клуб и предупредить всех. Я не хотел их смерти, но если Грей предупредит их, Эрл может убить Марселлу и, вероятно, позволит каждому брату попробовать ее до того, как сам это сделает. Я не мог этого допустить. Я вытащил пистолет и ударил своего сводного брата рукояткой по голове. Он упал на землю. Схватив его под мышки, я потащил его в лес и спрятал под несколькими ветками и листьями. Если немного повезет, он не проснется до того, как все закончится. Тогда, по крайней мере, он выживет. Это единственное, что я могу сделать.

Я поспешил обратно в клуб и остановился, когда заметил тату-машинку на стойке бара.

— Кому бьют татуировку? — спросил я.

— Шлюха получит татуировку, которую она заслуживает, что-то действительно подходящее, — сказал Коди с мерзкой улыбкой, явно наслаждаясь тем, что он знал больше меня. Он положил свои карты на стол. — Фул хаус!

Гуннар застонал, откладывая карты, и остальные тоже пробормотали проклятия.

— Татуировка никогда не упоминалась ранее, — сказал я.

Мне не удалось скрыть шока.

— То, что сделал Витиелло, требует соответствующего наказания.

— Он должен заплатить, а не его дочь, — пробормотал я, как заезженная пластинка, все еще надеясь вопреки здравому смыслу, что мои братья по клубу послушают.

— Это решение Эрла, мальчик, — дипломатично сказал Гуннар.

— Ее киска затуманила твой разум? — спросил Коди.

Я показал ему средний палец. Затем отправился на поиски Эрла. Я даже не был уверен, почему я все еще беспокоюсь, возможно, чтобы убедить себя, что он не совсем потерял совесть.