Невинность в жертву

Голос вроде похож. Но хриплый, надорванный. Лицо бледное, бледное, покрытое морщинами.

— Мия! Ты кричала?

Позади появляется Рустам, а за ним несколько охранников.

Выглядит взволнованным.

Он хватает меня за локоть и оттаскивает назад, размыкая её костлявые руки на моих плечах.

— Виталина?

Рустам рычит так злобно, что мне кажется, он готов её прибить на месте без суда и следствия.

— Да, это я, — мать тяжело вздыхает.

Её потряхивает, и она вся промокла. На улице идет дождь.

Рустам молчит, сжимая челюсти. Он слишком напряжен! Его восхитительное тело превратилось в чистую сталь. Он держится из последних сил, чтобы не сорваться.

— Убирайся, — просто цедит сквозь сжатые зубы. — Вон из моего дома.

Мать опирается о стену и начинает закашливаться. Я дергаюсь в ее сторону, но Рустам удерживает меня мертвой хваткой.

— Убрать её. Чтобы я больше никогда не видел эту дрянь!

Он жестко отдаёт приказ охранникам.

— Стойте! Она же… ей плохо.

— Её проблемы, — холодно заявляет он.

— Пожалуйста, я всего лишь переночую и уйду, обещаю! — хрипя, умоляет она.

— Рустам, мы не можем… там дождь.

Я ненавижу мать также сильно, как Рустам. Но всё же она моя мать. Её хотя бы нужно накормить и согреть, а потом пусть убирается, когда дождь утихнет. Я зла на нее, и это мягко сказано, но мы же не совсем уже звери.

Я ненавижу мать за то, что она просто исчезла на несколько месяцев с деньгами Эдуарда — наверно прогуляла их где-то за границей. Да, из его дома пропало несколько ценных вещей, включая деньги.

Давид обвинил в этом, конечно же, меня. Теперь я точно знаю, кто приложил к этому руку и кто всегда нами с сестрой манипулировал, прикрываясь тем, что “я же ваша родная мать”, “мать плохого не посоветует”, “вы должны спасти нашу семью”.

— Я всё это время жила в Неаполе. Меня, одинокую женщину там… ограбили, едва не продали в рабство! Я чудом смогла с-сбежать! Я попала в лапы к н-нехорошим людям, Мия!

Не верю.

Теперь не верю ни единому её слову.

— Почему ты сбежала?

— Я испугалась. Просто испугалась… Тебя-то Рустам взял под своё крыло, а меня защитить было некому. Полиция тут как тут! Жизни мне не давали, мучая своими допросами после смерти Эдуарда.

— Ты снова пытаешься хитрить и давить на жалость! Только ради просьбы Мии я не стану тебя убивать.

— Я хочу увидеть внука! Я имею право!

— Ты останешься здесь на ночь, пока не стихнет дождь. Мы дадим тебе кров, одежду, еду. Завтра вечером ты исчезнет. Надеюсь, что навсегда. Я даю тебе ровно сутки, чтобы ты исчезла из города. Куда хочешь! Это твои проблемы. Если не выполнишь мой приказ, клянусь, тебя ждёт та же участь, что и… Ярослава.

На этих словах Рустам развернулся и направился к лестнице, когда на втором этаже раздался плач малыша. Наш сыночек проснулся. У Рустама на его крик всегда срабатывает инстинкт и он, бросив все, даже самые важные дела, спешно бросается к малышу.

— О, неужели это мой внук! — мать заулыбалась.