Римлянин. Книга третья

Секрет успеха шлезвигских легионов, в деле взаимопонимания с коренными народами, таился в декларации намерений. В отличие от испанцев и иных колонизаторов, у Мейзеля с собой была императорская декларация «О судьбе свободных народов Мезоамерики». Там недвусмысленно устанавливалась политика Российской империи, королевства Швеция и курфюршества Шлезвиг в отношении коренных народов Мезоамерики.

После освобождения от гнёта испанцев и прочих понаехавших колонизаторов, народам Мезоамерики, всем без исключения, даруется суверенитет и право на самоопределение.

В каждом новообразованном государстве будут учреждены Сенат и Магистрат, состоящий из коренных жителей не менее чем на 50 %.

Каждое новообразованное государство получает вооружённые силы, сформированные по образу и подобию шлезвигских легионов.

Каждое новообразованное государство получит предложение вступить в будущий Независимый союз, где руководящую позицию будет занимать Сенат Шлезвига.

Сенаты и Магистраты уже учреждены, в них действительно не менее 50 % коренных жителей, но они в настоящий момент исполняют совещательную функцию. Мейзель не мог позволить вечные совещания во время войны.

Из-за незавершённой войны временно объявлено Чрезвычайное Положение, то есть управление государствами осуществляется функционерами из легионов Шлезвига. А вот как только будет заключён мирный договор с Испанией, власть перейдёт в руки Сенатов и Магистратов, а уже они проведут референдум и решат, стоит ли вступать в Независимый союз.

Как понял Мейзель, император хотел, чтобы коренные народы реанимировали свою культуру, при этом имея национальные легионы, говорящие на классической латыни. Далее они самостоятельно покончат с колониальными поползновениями Европы, а уже после этого можно постепенно интегрировать латинизированные государства в состав гигантской державы, построенной в Восточной Европе.

«Жаль, что он помер так неудачно…» — мысленно посетовал Георг.

Общей картиной с ним никто не делился, но амбиции императора проглядывались даже при взгляде со стороны. Это было что-то уровня Александра Македонского или даже Чингисхана, но с древнеримскими методами. То есть народы должны были подвергнуться преобразованию и романизации, чтобы не было больше причин воевать. Да и какие войны в рамках одного государства?

— Ты проделал такой большой путь только для того, чтобы передать слова благодарности? — недоуменно вопросил Мейзель.

— К счастью, нет, — улыбнулся Нуун-Нун-Кавиль. — Мой отец просит военной помощи против потерявших всякий страх испанцев, увеличивших налоги до непосильных величин. Народ страдает под их гнётом. Если всё будет идти, как идёт, то в следующем году нас ждёт страшный голод.

Мейзель читал сводки о плодородности земель Юкатана. На тамошних плантациях маиса, при должном уровне ирригации, можно получать два урожая в год. Вероятно, вице-король Новой Испании решил забирать у пеонов вообще всё, чтобы отбить потерю Мексики.

Ситуация для юкатанских майя отчаянная, раз они решили просить помощи у, вроде как дружелюбно настроенных, но заморских чужаков.

— Что мы получим взамен? — спросил Мейзель.

— Мы захватим город Накахука, примем условия вашей декларации, учредим Сенат и примем ваших людей для создания легиона, — ответил посланник.

«Юкатан…» — задумался Мейзель.

Были какие-то инструкции на случай вторжения в Юкатан. Он открыл сейф и начал перебирать папки. Нужный документ обнаружился на самом дне стопки.

Открыв папку, Георг начал изучать материалы. Тут имелись богатые сведения об этносах Юкатана, в частности говорилось и про чонталь-майя, называющих себя йоко т’ааноб. Южнее проживали родственные им целталь, многочисленные и богатые. Лучшей тактикой будет договориться со всеми значимыми этносами и обставить всё как всенародное приглашение легионов Шлезвига для решения майянских проблем с испанцами. И так будет ясно, что Шлезвиг так или иначе придёт на Юкатан, но для исследующих вопрос потомков всё будет не так очевидно. Сложно подделать исторические факты при наличии сотен копий документов и минимум трёх оригиналов.

— Хорошо. Я склонен принять это предложение, — кивнул Георг. — Но договор заключим с твоим отцом. И будет у меня для тебя одна просьба…

Посланник получил в итоге подробные инструкции к действиям его отца на международной арене. Если удастся договориться с представителями всех майя, то Юкатан падёт в руки Шлезвига за считаные месяцы.

«Надоело мне здесь», — подумал Мейзель. — «Хочу обратно в Шлезвиг».

//Российская империя, окрестности г. Нижний Новогород, д. Кстово, 19 октября 1747 года//