Красавица и чудовища
- Автор: Майер Жасмин
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Красавица и чудовища». Краткое содержание книги:
Он втягивает в рот чувствительную горошину клитора, дразня ее кончиком языка, и я издаю очень громкий стон.
От этого на кончике члена выступает прозрачная жидкость, и я слизываю ее. Я хочу служить ему и Ворону одинаково сильно. Хочу быть с ними, потому что это правильно. Пусть у целого мира будет другое мнение, я слишком долго жила так, как это нужно было другим.
Он сам добился того, чтобы я говорила сегодня только правду. А я больше не хочу им лгать. Правда кипит во мне, как сдерживаемый оргазм, который то подступает, то собирается обрушиться на меня. Медведь снова вгоняет в меня два пальца, потирая подушечками чувствительную точку внутри меня, продолжая ласкать ртом клитор.
Я дрожу под ним всем телом. Покрываю поцелуями его горячий член, посасывая губами только темно-бордовую головку.
— Ты прав, мне нравится. Мне нравится, когда вы оба во мне. Когда я чувствую вас обоих. По очереди или по одному. Я хочу остаться с вами, потому что я такая же, как вы. И больше не хочу никуда уходить.
Медведь замирает на миг, а после царапает зубами мой клитор, и меня швыряет за границу удовольствия. Я распадаюсь на атомы, сотрясаясь в сильнейшем оргазме, и Медведь слизывает влагу моего удовольствия. А после поднимается, склоняется надо мной и целует глубоко и яростно, переплетая наши языки.
— Тебе нельзя оставаться с нами, Кейти. Это нам с Вороном привычно жить в Аду, а тебе нужно вернуться к нормальной жизни.
— У меня ее никогда не было.
— Неправда, — шепчет Медведь. — Ты знаешь, что нужно сделать. Сдашь нас своему ФБР и начнешь жизнь заново. Просто обещай, что больше не будешь работать под прикрытием, а завяжешь с этой херней. После того, как с нами будет покончено.
Гляжу на него во все глаза, не веря в то, что услышала.
— Неужели ты думаешь, что я смогу это сделать?
— Почему нет? — усмехается Медведь. — Кто-нибудь ведь должен. Наверное, это даже хороший финал для нас с Вороном. Это всяко лучше, чем сгорать заживо в машине, пока тебя прошивают несколько пулеметов.
— Я ненавидела вас, но… теперь нет. Я хочу быть с вами. Хочу…
— Хватит. Я же сказал, — он снова закрывает мой рот поцелуем. — Больше никаких откровений за сегодня.
— Хочу почувствовать вас обоих сразу, во мне.
— Два члена? — цедит Медведь. — Детка, мы даже не приступали к этому. Это была нежная ванилька, которой мы не хотели тебя пугать. Но однажды нам это наскучит, Кейти. Мы привыкли к шлюхам, которых трахали вдвоем. А что ты знаешь про анальный секс? Что это больно и грязно? А нам это нравится, малышка Кейти. И ты к этому совсем не готова.
— Плевать.
— Зато мне не плевать. И Ворону не плевать.
— Если ты собираешься избавиться от меня, я хочу успеть попробовать это. С вами.
Его глаза темнеют еще сильнее, когда я сжимаю его член в руках, продолжая дразнить его языком и дерзкими грязными словами.
— Я хочу вас обоих. Как это умеете только вы.
Он кончает бурно, изливаясь мне на губы и лицо. На шею и немного на грудь. Я вся покрыта его спермой, и во мне снова бурлит желание.
Я знаю, что выдержу.
Глава 38. Кейт
Медведю хватает доли секунды, чтобы оценить состояние Ворона, когда тот вваливается спустя полчаса в номер мотеля. Пошатнувшись, Ворон цепляется за дверной косяк, и мне, стоящей на пороге душа, сначала кажется, что он пьян. Но Медведь ругается сквозь зубы и быстро натягивает одежду.
Ворон останавливает на мне льдисто-синий взгляд, который резко выделяется на бледном лице.
— Уходим, — хрипит он. — Быстро.
Под рев моторов во дворе меня выводят из комнаты мотеля и впервые сажают на заднее сидение мотоцикла. Медведь протягивает мне шлем со словами:
— Помни, Кейт. Тебе надо вернуться к нормальной жизни, — а после целует в губы, не давая произнести ни слова в ответ.
Он уходит, не оборачиваясь. Садится за руль машины, и череда черных безликих внедорожников моментально срывается с забитой парковки мотеля.
Сказка кончилась, понимаю я. Не тогда, когда я привезла их к приюту, а сейчас, когда из-за меня они практически забили на все остальные дела и жили слишком беспечно, как давно или никогда не жили вообще.
— Шлем, — напоминает Ворон.
Его немного клонит в правый бок, и он часто-часто дышит. То, что я приняла за опьянение, на самом деле еще одно ранение.