На кончиках твоих пальцев

Я с удивлением обнаружила, что мы, в самом деле, стояли внизу лестницы, а впереди тянулся длинный коридор. Я разжала судорожно вцепившиеся в локоть Марата пальцы и смущенно отошла в сторону.

– Спасибо.

– Идем.

За следующей дверью нас ждал не мрачный подвал и точно не логово тронутого маньяка, который запирал в нем девушек и изводил до смерти, – стильное, пропитанное деревом, блестящим металлом и порохом помещение было окутано атмосферой опасной брутальности. Впечатление подпитывалось далеко не игрушечным оружием, видневшимся на столах, и сосредоточенными мужчинами, стоявшими за стеклянной ширмой в наушниках, прицеливающимися в мишени напротив.

Ну допустим, что это стрелковый клуб, по случайности расположенный в подвале «Орфея», я поняла. Об этом говорил ассортимент специфических услуг и наглядная картинка, которую трудно было проигнорировать.

Но что мы забыли здесь с Северским, который вел меня дальше, к еще одной, расположенной в дальнем углу, двери, я не понимала.

– В чем дело? – спросил Марат, заметив мое замешательство.

– Как-то забыла упомянуть, что я пацифист. А вообще, чтобы заставить меня выслушать тебя, нет необходимости впечатлять антуражем, достаточно просто хмуро посмотреть, ты же это умеешь.

– Я начинаю думать, что ты обходишь стороной новых людей, потому что знаешь, что обязательно начнешь их вот так подкалывать, а шутку поймет не каждый.

– Ты просто плохо на меня влияешь.

– Это был комплимент?

– Нет, не он.

– Пусть так. Заходи, пианистка, – с легкой улыбкой открыл передо мной дверь парень, – Обещаю не приставлять к твоему виску оружие. По крайней мере сегодня.

Я уколола его взглядом и молча вошла в другой зал, еще более претенциозный и впечатляющий, но проигрывающий первому по размерам. Кожа, дерево, мини-бар, воздух, пропитанный металлом и порохом, – порох, пропитанный деньгами, или деньги пропитанные порохом – контролируемая опасность для тех, кто любит риск связанный с оружием.

– Я решил, что справедливо будет отплатить тебе за откровенность, – ты позволила мне послушать, как ты владеешь звуками, я позволю тебе увидеть, что ни расстояние, ни размер не являются для меня преградой на пути к достижению цели.

Я смотрела. Как он сосредоточенно и ловко достал оружие, ушел за стеклянное ограждение, отрезав меня от себя стеной тишины, надел наушники и очки, включил мишени.

Холодный и опасный, как острозаточенное лезвие, точный и быстрый хищник, безжалостный и бессердечный.

Красивый и мрачный парень, который точно не делал ничего просто так и явно хотел меня напугать, оттолкнуть от себя, заставить поверить в то, что Зине Шелест опасно иметь дело с человеком, которого она едва знает, в руках которого оружие перестает быть бессмысленной бутафорией, что лучше убежать и спрятаться, подписавшись под словами брата и сдавшись на их милость.