Сплошная скука. Реквием по шалаве

— Я ее оставил в ста метрах отсюда.

Потом добавляю:

— Ваши люди исправно докладывают вам.

— Да, не могу пожаловаться.

И, поскольку кельнер уже повис над нами, американец спрашивает:

— Что будете пить?

— Банальное виски.

— Почему «банальное»? Принесите нам два «Джон Крейби» восьмилетней выдержки, — говорит Уильям официанту.

— Восьмилетнего вам нальют из той же бутылки… — бросаю я, когда кельнер удалился. — Только плата будет другая.

— И ваше настроение! — добавляет Сеймур.

— Мне бы не мешало несколько поднять настроение, особенно после истязаний ваших преследователей.

— Затасканные приемы, — пожимает плечами Уильям. — Я даже не предполагал, что подобные вещи могут как-то действовать на вас.

— В сущности, они на меня не действуют. Но то, что они подосланы лично вами… человеком, который уверял, что полностью мне доверяет…

— Доверие в нашем деле, как вы знаете, имеет известные границы, — напоминает мне собеседник.

И, так как я не реагирую на его слова, он продолжает:

— Впрочем, я вам благодарен, что вы подняли этот вопрос. Пользуясь случаем, могу объявить вам, что наблюдение за вами снято. Получив последний «доклад», как вы изволили выразиться, я тут же расформировал группу.

— Восстанавливаете доверие?

— Нет. Устанавливаю факты.

— Устанавливаете факты?

— Вот именно. К этой затее пришлось прибегнуть с единственной целью: установить, будете ли вы пытаться выйти из-под наблюдения. Вы сделали такую попытку. И одного этого факта для меня вполне достаточно. Нет даже необходимости устанавливать, чем вы занимались в последние часы. Ясно, не правда ли?

Кивнув в ответ на его слова, я машинально поднимаю только что поставленный передо мною бокал. Сеймур определенно намекает на то, что я исчез, чтобы получить от кого-то инструкции. Разумеется, не в моих интересах убеждать его, что моей целью было не получить инструкции, а кое-что передать. Восьмилетний «Джон Крейби»… Возможно, и восьмилетний, но что из этого? Пьянством мне своего противника до банкротства не довести, будь виски даже столетним. Сейчас гораздо важнее то, что снята блокада, если это действительно так.

— Как вам нравится виски? — спрашивает Сеймур, сунув в угол рта сигарету.

— Что-то в нем есть общее с моим пребыванием в этом городе. На первый взгляд — ничего особенного, а на деле — грозит коварными последствиями.

— Вы, я вижу, делаетесь большим пессимистом, чем я, — усмехается Сеймур. — Не так все мрачно, как вам кажется. Даже наоборот.

И неожиданно меняет тему разговора:

— Вы и квартиру новую сняли?

— Да.

— Насколько мне известно, вы в тот же день показали ее Грейс?

— Да. Надеюсь, вас это не задело?

— Нет, конечно. Если речь зашла о Грейс, то меня больше всего бесит ее внешность.

— Вот как? А мне, наоборот, кажется, что сейчас она стала более привлекательной, чем была.