Босс скучает

На меня спускается какая-то странная тишина. Я слышу только, как скрипят качающиеся сосны, и плеск волн на заливе, да ещё мягкую дробь мелких капель дождя о плотную ткань спортивной куртки.

— Варь? — обеспокоенный голос Германа звучит откуда-то сверху.

Вскидываю голову. А я оказывается упала. Боль в груди такая сильная, что перекрыла боль в бедре, на которое я шлёпнулась. Вот так и лежу, в обнимку с мячом.

— Ты как? — Герман наклоняется, чтобы обнять меня за плечи и помочь подняться.

За его спиной вижу ещё пару обеспокоенных глаз и виноватое лицо того самого мужика, который вбил в меня этот мяч.

— Всё хорошо, — выдыхаю я, поднимаясь на ноги с помощью Германа.

— Точно? — уточняет он.

— Точно, — подтверждаю уже более ровным голосом.

Холодные пальцы касаются моей щеки, то ли стирая налипшую грязь, то ли размазывая её еще сильнее, потому что тихий недовольный вздох от Германа долетает до моих ушей.

Контакт резко прерывается. Судья свистит, ведь игра ещё не окончена.

Смотрю, как Герман уходит к своим, всё-таки пару раз неуверенно оглядываясь на меня.

Матч в итоге заканчивается нашей победой. Радостные крики и поздравления постепенно сходят на нет. И моё воодушевление тоже. Особенно когда вижу «Настю», спешащую утешить и обнадёжить Германа. Даже её дружеское объятие кажется мне подозрительно интимным. Хочется крепко вцепиться в её блондинистую голову и… это странно. Никогда за собой такой склонности к агрессии не наблюдала. Да и глупо это — ревновать мужчину, с которым меня ничто не связывает.

Серьёзно? — поднимает голову моё второе «я».

Серьёзно… серьёзней некуда.

И пара поцелуев, которыми мы обменялись несколько дней назад, ещё ни о чём не говорят.

Стаскиваю с рук промокшие перчатки, которые нам выдали перед матчем, и думаю, что остаток игрищ на свежем воздухе я, пожалуй, пропущу. Там ещё предусмотрено бросание мяча в кольцо и какая-то шуточная викторина на эрудицию, но мне хватило пятнадцати минут. Извиняюсь перед своей командой и отчаливаю подальше от развесёлой толпы.

На полпути к зданию меня притормаживает мужчина, чересчур сильно пробивший мяч по нашим воротам.

— Я хотел извиниться, — сразу начинает он. — Заигрался и не рассчитал силу. Серьёзно, я не со зла.

Приятный брюнет чуть за тридцать с таким виноватым видом поглядывает на меня, что я невольно улыбаюсь.

— Ещё бы вы со зла, — хмыкаю в ответ и картинно прищуриваюсь, — тогда бы я заподозрила вас в чём-то не совсем законном.

— В чём?

— В попытке убрать конкурента не просто из игры, а из бизнеса.

— Вы настолько ценный кадр? — подхватывает он мою волну.

— О, вы даже не представляете насколько, — хлопаю его сложенными перчатками по груди.

— Тогда, может, мне не стоит вас устранять, а есть смысл попытаться вас переманить, — его улыбка становится шире.