Список моих грехов
- Автор: Герас Татьяна
- Год: 101
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Список моих грехов». Краткое содержание книги:
— Любо дело, Велимирушка! — ответила самая старая из женщин, степенно поправляя толстые седые косы. — Дело молодое, да доброе! Предки порадуются, да земля плоды родить будет! — и поклонилась в пояс, за ней и остальные последовали. — А нам, да деткам малым, спать-почевать пора, да сны рассматривать! Авось родичи навестят нынче, предупредят о чем, аль подскажут чего! Благо! — несется над толпою ее не по-старчески сильный голос.
— Благо! — подхватывают остальные.
Молодежь проводила поклонами старших, уводящих детей куда-то в сторону, видимо, по дороге в поселение.
А потом вспыхивают костры и над озером разносится многоголосое пение. И музыка. Ритмичная и пронзительная, быстро захватывающая в какой-то немыслимо чарующий мир звуков и утягивающая в это древнее, почти первобытное безумие.
Закрутилось всё. Странно, словно с два десятка веков мир отмотал и выбросил нас в прошлом. Для чего? Может, чтоб смогли сравнить? И может даже что-то понять…
Тени у костров кружат. «Хороводы!» — подсказывает мне моя проводница, подливая их глиняного жбана в кружку.
А еда на столах оказывается и вправду вкусной, как и медовуха Велимирова сладкая да хмельная. Почти как губы одной смеющейся беззаботно девушки, на которую хочется смотреть не отрываясь.
Её глаза сияют, словно два алмаза. Кто-то из местных надел Александре на медовые волосы венок из весенних цветов и листьев, превращая Сашку из принцессы в царицу-весну.
Хороша, чертовка, не отпускает, словно магнитом манит…
Она подпевает девушкам слаженно, певуче, пусть слова древнего напева я бы даже не выговорил.
И голос у нее оказывается такой бархатный, словно гладит кто-то перышком изнутри от его звучания.
А и густо-густо на березе листьё,
Ой ли, ой люли, на березе листьё!
Гуще нету того во ржи, пшеницы,
Ой ли, ой люли, во ржи, пшеницы!
Господа бояре, мужики крестьяне!
Ой ли, ой люли, мужики крестьяне!
Не могу стояти, колоса держати,
Ой ли, ой люли, колоса держати!
Буен колос клонит, буен колос клонит,
Ой ли, ой люли, буен колос клонит!
Костры пылают всё ярче. Какой-то парень протягивает к Сашке руку, приглашая в круг.
— Потанцуешь со мной, медовая?
Встаю между ним и Принцессой, даже не задумываясь. Кулаки сжимаются помимо воли. Порыв…Но, к чему сдерживаться? Такая ночь..
— Без ног сможешь? — шиплю не своим голосом. Мягкие ладони ложатся накрывают предплечья, Александра кладет мне голову на плечо, прижимаясь всем телом.
— Никей, мне есть с кем плясать, — говорит примирительно, слегка поглаживая мои руки.
А парень смеется, тряхнув головою. Не зло, а лишь удивленно.
— Прости, Сашенька — краса ясная, думал и вправду только друг, — он прикладывает руку к груди, слегка кланяясь, — И ты, чужак, прости да не серчай! Зеленой ночи вам! — и отступает к кострам.
Сашка тянет меня за руку, улыбаясь широко.
— Идем, Дан! Теперь тебе точно придется изображать моего парня, — говорит она лукаво, склоняя голову набок. И вздыхает показно, — Понимаю, противно, но помучайся, для благого дела?
Зараза! Нет, она допросится, определенно.
— Потерплю, так и быть, — говорю с напускной скорбью.
— Я так и думала… — хохочет она, уже ведя меня к кострам.
А я с удивлением наблюдаю, как парни и девушки, взявшись за руки подходят к огню, а после по очереди с разбегу перепрыгивают прямо через пламя. Весело, с визгом! И тут же попадают в объятия своего партнера, даря сладкий поцелуй.
— Семик нынче празднуем, очищение! — шепчет рядом Сашка. — Огонь да вода, да мать земля! Ну а ветер поутру развеет все печали… Унесет! — и ведет рукою в сторону костра, — Так что, звездный гость, не побоишься? — она разворачивается, заглядывая в глаза.
— С тобою? — ладони сами ложатся на ее талию. Сашка смотрит пытливо, словно ищет что-то в моем лице.
— А с кем бы тебе хотелось, воздушный Демон? — спрашивает еле слышно.
«Только с тобою…» — говорит кто-то внутри меня. Может медовуха Велимирова?
— Ну, на кого ж мне оставить вверенную мне таине? — спрашиваю вместо этого со злой иронией, пытаясь стряхнуть наваждение. Она не вздрагивает, лишь улыбается грустно.