Double spirit. Часть 3 (СИ)
- Автор: kasablanka
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Double spirit. Часть 3 (СИ)». Краткое содержание книги:
На последних словах он словно бы посерел и замолчал.
— Не поздняк ли метаться? — дух противоречия в Лео нашел повод, чтобы прицепиться к ни в чем не повинным католикам. — Раньше надо было башкой соображать, когда беременную бабу выгоняли на мороз.
— Она девушка, — машинально отреагировал Алан, с каждой минутой все сильнее погружаясь в свои мысли.
— Тем более, — отрезал Лео.
Он подошел к окну и опустился на колени перед подсвечником, стоящим на полу перед стеклом. Свеча в нем почти уже догорала, но осветила лицо горячим отблеском. Стеарин сбегал каплями на паркет, и уже расплылся там небольшой неряшливой лужицей. Он принялся отшкрябывать теплое вязкое озерцо и комкать его в руках, чувствуя, как масса стремительно застывает в ладони.
— Ошибки исправлять никогда не поздно. Во всяком случае, пытаться. — донесся до него голос со стороны кресла.
— Вообще-то лучше их не совершать.
— Кто бы спорил? Конечно, кэп.
— А зачем ты в каждом окне зажег? Одной бы хватило? — после короткого молчания непроизвольно вырвалось у Лео.
Однако Алан ему не ответил. Лео просто физически ощутил, как тот замыкается в себе и в своих мыслях. И не стал больше приставать, хотя неуютное чувство, возникшее в душе после этого вопроса, повисшего в вакууме, никак не хотело уходить.
Ему до смерти хотелось, чтобы это чувство исчезло, хотелось подойти и обняться, шепнуть на ухо, что он все понимает, что он рядом и никуда не уйдет, однако непонятный барьер не давал ему этого сделать. Он и злился на себя, злился на Алана и одновременно до острой боли в сердце понимал и чувствовал его, практически читал его мысли. И этот лишний прибор на столе, который он заметил не сразу, пустая тарелка.* И свечи в каждом окне.**
И молчащий Свиридов, который, в конце концов, когда Лео начал убирать со стола и носить посуду из гостиной на кухню, подошел к окну и уселся на пол рядом со свечой, уже почти догоревшей, и остановившимся взглядом уставился в одну точку, сквозь стекло, за которым не было ничего, кроме покрытых инеем деревьев, казавшихся призраками в темноте. В воздухе словно бы повисло несказанное, призрак третьего, лишнего, ненужного и враждебного для Лина. Невидимого. Ненавидимого. Даже после своей смерти умудрявшегося ломать Лео жизнь.
Он оставил Ала наедине с его мыслями, кожей почувствовав, что любые слова и действия сейчас будут резать его словно бритвой по обнаженным нервам. Поднялся на второй этаж и прошел по всем пустым комнатам, гася одну за другой почти догоревшие свечи. Полностью убрал все остатки пиршества. Сочельник подошел к концу. Лео погасил огонечки на елке и уже почти в полной темноте подошел к фигуре у окна. Присел рядом на пол.
— Идем спать.
Алан молча кивнул и неловко поднялся. Дал себя отвести в спальню, раздеть и уложить. Разумеется, никакого секса, счастливого Рождества, блин! Лео закусил губу. Через десять минут, помучившись в безуспешной попытке заснуть, он открыл глаза. Свиридов лежал на спине, вглядываясь в пустоту.
— Послушай, — наконец решился Лео. Он смотрел и смотрел на Алана, но тот будто намеренно не замечал взгляда в упор. Или в самом деле не замечал?
— Послушай.
Алан сглотнул. Стало быть, слышал.
— Ты должен отпустить его. — все. Он это сказал. — Год прошел. Ты просто не сможешь жить дальше, если его не отпустишь.
Лео проговорил это и с удивлением понял, что ни ревности, ни ненависти в его душе особенной и нет. Есть беспокойство и желание помочь, скинуть груз, перерезать невидимую нитку, которая превращала его жизнь и жизнь его парня в бесконечный мучительный бег по кругу.
— Я не могу, — наконец разлепил губы Свиридов. Снова сглотнул. Потом еще раз. Казалось, что он глотает слезы, хотя Лео пригляделся, в свете фонариков уличной ели хорошо было видно его лицо и его глаза. Они были сухими.
— Почему?
Он хотел сказать еще: «ведь я рядом»
Он хотел добавить: «ведь мне не всё равно, что с тобой будет»
Он хотел сказать: «ведь я тебя…»
Однако только повторил тупо:
— Почему?
И получил ответ после такого длительного молчания, что уже перестал на него надеяться.
— Потому что он не умер.
У Лео перехватило дыхание. Он приподнялся на локте и впился взглядом в бледное лицо Алана, который по-прежнему на него не смотрел. Пытался понять, серьезен ли тот, хотя какие шутки? Или возможно, он бредит? Реакция на отмену препаратов? Или, быть может, тот спит сейчас с открытыми глазами, наподобие лунатика, и видит сон? В любом случае это пугало.
— Посмотри на меня!
Повернул голову и пронзил взглядом. Ни тени сна, ни намека на бред. Ясные трезвые аквамариновые глаза.
Алан заговорил сам, продолжая гипнотизировать Лео черно-зеленым взглядом. Зрачки пульсировали, и от этого лепестки радужки словно оживали.
— Я знаю, что он жив. Это трудно объяснить, но это так.
— Это безумие, — покачал головой Лео. Он упал головой на подушку и зажмурился. — Ты болен.
— Возможно, — не стал спорить Свиридов. — Но это не мешает мне чувствовать то, что я чувствую.
— Ты просто не можешь принять это, и твой мозг защищается. — Лео знал, что режет по живому, однако желание порвать гребанный шпагат было сильнее.
— Это не так, — спокойно, даже слишком спокойно проговорил Ал. — Понимаешь, если мне в детстве почти всегда было больно, когда его наказывали, то уж наверное я бы умер, если бы его не было в живых. Я только недавно это осознал.
Впервые в жизни они говорили о Роби, не называя его по имени, да этого и не требовалось. В первый раз озвучили то, что витало в воздухе, что не давало им до конца открыться и постоянно незримо присутствовало рядом, что бы они ни говорили и что бы ни делали. Призрак, блин. Неужели Лео так и суждено постоянно мучиться его присутствием? Даже после его смерти?
Он без слов повернулся на бок, отвернувшись от Алана, и прикрыл глаза. Безо всякой надежды на сон. Спустя пару минут почувствовал, как к его спине прижались.
— Прости, я не должен был тебе этого говорить. Ты… ты мне правда, очень, очень нужен. Я не представляю себе, что бы со мной было, если бы мы не встретились. Прости меня.
Лео чувствовал тихое ровное сопение в затылок, не сонное, а просто спокойное дыхание. И постепенно сам успокаивался.
— И что теперь? В смысле, что теперь делать? — беспомощно вырвалось наконец у него. Хороший вопрос. Учитывая, что даже Чернышевский тужился-тужился, да так и не смог толком на него ответить. Алан же, на удивление, оказался умнее дядьки в пенсне, и смог.
— Придется как-то с этим жить, — простодушно, практически не задумавшись, ответил он.
И Лео мгновенно стало от этой мысли настолько легко, что он, чувствуя спиной ровное тепло и ощущая чужое дыхание затылком, расслабился и спустя минуту крепко заснул, как будто провалился. Если бы он знал, что его ожидает по пробуждении, он может быть и заснуть не смог бы. Хотя… что бы это изменило?
*Лишний прибор ставят опять же для девы Марии. Однако у католиков этот ритуал имеет двойной смысл. Место за столом и тарелка — для ушедших родных и любимых.
**Все же обычно свеча одна-единственная.
====== Глава 59. ======
Сон, как это часто случалось с ним в последнее время, был беспокойным. Заразился Лео от Алана, что ли? Он то и дело вздрагивал, просыпался, а когда всё же засыпал, ему снилась всякая несуразица, вроде того, что он карабкается по отвесному краю айсберга, наверх, раз за разом вгоняя в каменный лёд ледоруб и подтягиваясь на руках, и в конце концов срывается в пропасть. Ааах!
Он подпрыгнул над кроватью и распахнул глаза.
— Ты чего? Спи давай, — не открывая глаз, пробормотал Свиридов, закутанный по самые уши. Так вот в чем дело… Лин просто заледенел, поэтому и снится ему всякая ересь… Он растолкал полусонного Ала, отобрал свой законный кусок одеяла и снова провалился. На этот раз в пустыню без воды и с палящим солнцем над головой.
Идти по колено в жгучем песке без надежды на глоток воды, хоть бы теплой и противной… он снова открыл глаза, когда жар стал невыносимым… Оказывается, сосед прижал его к себе, обняв руками и ногами, и дышал в ложбинку между плечом и шеей. И если учесть, что все происходило под толстым пуховым одеялом, это также превратилось в пытку.