Электронная книга - «Дворцовый мост (СИ)». Краткое содержание книги:
— Да как я мог? — вздрогнул Уилл. — Я боялся тебя потерять. Ты бы не стал меня слушать. Да и что я мог сказать? Цветы, подарки, свидания. Да ты послал бы меня быстрее, чем я закончил предложение.
— Да, послал бы, — грустно ответил Ганнибал, поднимая лицо и цепляясь за плечи любимого, — но не со зла. Я бы просто не понял, зачем тебе эта мишура. И до сих пор бы не понимал, считая себя святым мучеником, а тебя — тупой и развратной шлюхой, которая не соизволила ждать меня год, чтобы продолжить эти убогие отношения. Если бы не Фредди, то я бы так и не понял. Он мне показал. Он меня научил.
— Фредди! — печально воскликнул Уилл, стараясь спрятать обиду. — Я не понимаю. Ты любил его?
— Любил ли я Фредди? А ты любил Фернандо, к которому ушёл от меня?
Несколько секунд Уилл размышлял, а потом тоже опустился на колени, и теперь они стояли друг перед другом, и не отрываясь смотрели в глаза. Ганнибал был открыт, был самим собой, без масок, без глупых предрассудков и своего могучего каменного панциря, который размолола в пыль настоящая любовь. Он был взволнован, его губы дрожали, в глазах стояли слёзы, а руки не находили себе места, беспокойно касаясь плеч его Уилла. Ему было плохо и больно. Трудно осознать, что ты пять лет был идиотом, которому в руки прилетела настоящая любовь, и надо-то было всего лишь беречь её, а не пытаться от неё избавиться. Красивая нежная бабочка села ему на самое сердце, согревая его своей теплотой и нежностью, и, чтобы она не упорхнула, надо было просто её кормить и гладить, а не равнодушно смотреть, как она чахнет и умирает от тоски.
— Прости меня, Уилл, — шепнул Ганнибал, так и не дождавшись ответа. — Тебе не надо мне ничего говорить и объяснять. Я так виноват перед тобой. Ты сбежал от меня, и сейчас, когда я вижу себя со стороны, я бы тоже от себя сбежал. Не злись на Фредди, он пытался вразумить меня тогда, он старался помочь мне увидеть себя и что я творю, и он смог показать мне, что такое семья. Да, я любил его, но так, как я люблю тебя, это не идёт ни в какое сравнение. Прости меня, пожалуйста, прости.
— Ты никогда меня не слушал, Ганнибал, — покачал головой Уилл, обнимая его за шею и прижимая к себе. — Я ведь всегда говорил, что прощу тебе всё, что бы ты ни сделал, и что бы ты ни сказал. А ты, ты простишь меня?
— Уилл, мой Уилл, в этом-то всё и дело, что тебе абсолютно не за что просить прощения, — горячо зашептал Ганнибал, вжимая в себя своего любимого со всей силы. — Мне только надо, чтобы ты простил меня. Это не даёт мне жизни, я не могу спать по ночам, я просто схожу с ума от стыда, когда понимаю, что я с тобой сделал. Прошу, скажи мне это.
— Да, конечно, я прощаю тебя, любимый, прощаю за всё, — ответил Уилл, начиная вздрагивать от слёз на груди Лектера. — Наверное, мы должны были через всё это пройти. Те отношения, которые у нас были, они должны были прекратиться, по-другому было нельзя, мы так бы ничего и не поняли. Ты должен был жениться на Фредди, чтобы понять разницу и увидеть свои ошибки, а я должен был, должен был всё потерять, чтобы осознать, что я всё равно люблю тебя больше жизни и мне не нужен никто другой. Я думал, что нормальная жизнь сотрёт тебя из памяти, но ничего не вышло. Твоя свадьба чуть не угробила меня, я не знал, что делать, куда бежать, подсел на наркотики, потерял работу, парня, друзей, но это всё перестало иметь значение, когда я окончательно осознал, что мы больше никогда не будем вместе. Это как смерть.
Они прижались ещё сильнее, и, устав стоять на коленях, Ганнибал просто сел на пол и подтащил к себе дрожащего Уилла, усаживая его на себя. Он чувствовал себя странно. Он был взволнован, но его сердце, получившее настоящее прощение, билось спокойно и размеренно. Он знал, что хотел только этого, что должен отпустить Уилла, но почему-то не мог, продолжая прижиматься к его шее носом и вдыхая знакомый запах. Голова шла кругом от мысли, что Уилл сейчас оторвётся от него, ляжет в кровать, а утром уедет и больше не вернётся, но ему было как-то легко. Ганнибал смог получить прощение, смог объяснить любимому человеку, почему он так себя вёл, и он впервые за долгое время дышал полной грудью, как будто с него слетели оковы.
Уилл вырвался из его объятий и посмотрел прямо в глаза.
— Я вижу тебя, любимый, — нежно сказал Уилл, быстро целуя его в лоб. — Наверное, первый раз за всё время, я так хорошо тебя вижу. Я не знаю, что ты задумал, но я больше не совершу ошибку, которая стоила мне тебя.
— Что ты имеешь в виду? — нервно сглотнул Лектер.
— Ты опять мне не веришь, — грустно сказал Уилл, тонко улыбаясь, — и думаешь, что я смог тебя простить, но не смогу тебя принять. Это не так. В этот раз я не позволю тебе решать нашу судьбу и руководить нашими отношениями. Я буду бороться за своё счастье. Если ты согласен, то я хотел бы попробовать.
— Что попробовать? — неверяще спросил Ганнибал, снова вцепляясь в своего любимого.
— Ну, я бы начал с первого свидания, — загадочно улыбнулся Уилл, почесав растительность на лице. — Я свободен завтра с шести вечера.
— Но, как же…
— Как же что? Наше вселенское горе, ментальные шрамы и гора обид? Просто выкинем всё это в помойку и попробуем начать всё заново. Да, мы можем продолжать просить прощение, можем плакать друг у друга на груди, вспоминать прошлые обиды и разрываться от боли, но я не хочу. Я устал страдать, устал жить без тебя, устал крутить в голове прошлое и надеяться его изменить. Нам так мало отмерено времени, и я не хочу тратить его на всякую ерунду. Я просто понял, что люблю тебя больше жизни и хочу быть с тобой. А чего хочешь ты?
Ганнибал сидел, открыв рот от удивления, и ничего не мог ответить. Полное прощение? Он разве его заслужил, просто признав себя дураком? Он собрался было возразить, но тут Уилл улыбнулся ему, так тепло и чисто, что у него опять закружилась голова, и сердце провалилось куда-то вниз и повисло на позвоночнике.
— Чего хочу я? — улыбнулся Лектер. — Ничего, кроме тебя.
Комментарий к 33. Памятник человеческого маразма.
Милый Уилл простил Ганнибала, и ему осталось самому простить себя. Последняя часть осталась, наверное, и там мы узнаем судьбы всех героев.
Я часто, читая коменты, видела, что читатели считали Уилла глупым и мерзким, и тихонько радовалась, что все прониклись мышлением Лектера, не понимая, что там переживает бедный парень после того, как его тупо трахали, а потом скоренько женились на другом, на том, о ком говорили “не волнуйся, мы просто друзья”. Кто был в подобных ситуациях, сейчас должен его понять. Он потерял веру даже в верность Ганнибала, когда они ещё были вместе. Отсюда и такая ненависть к Фредди и настоящая боль.
Немного любви в моей небольшой зарисовке про падение с обрыва. Прочтите и оцените https://ficbook.net/readfic/7809759
========== 34. Как это, когда отпускаешь прошлое. ==========
Ганнибал лежал в темноте, обнимая Уилла, который впервые за почти пять лет снова лежал рядом и тупо смотрел в потолок. Кто нам может объяснить, почему сердцу нужен именно этот человек, чтобы оно перестало ныть? Что же такое любовь и как её понять? Фредерик Чилтон был влюблён в него, вопреки всему: Уиллу, чувствам к другому, жестокости и равнодушию к чужим жизням, хотя сам он был очень добрым человеком, заносчивости, нарушению всех законов и даже людоедству. И как тогда можно это понять и объяснить? Неужели любовь совсем не контактирует с нашим мозгом, и если уж нам нужен тот или другой человек, то всё идёт по боку? Что делать, если Уилл, как заноза, впился в его сердце, и ничто так и не помогло избавиться от этого чувства? А может, и не стоило этого делать? Может, надо было вернуться к нему тогда, когда он понял, как он перед ним виноват? Но ведь Ганнибал тогда уже был замужем, и что, надо было бросить Фредди и детей и радостно вернуться к своему поросячьему счастью? Смог бы он бросить мужа, если бы тот не умер?
Лектер аккуратно вылез из кровати, переложив спящего Уилла со своей груди на подушку, и отправился к себе в спальню. Нет, конечно, они не занимались сегодня любовью и после изматывающего разговора просто легли спать, но Ганнибал был так перевозбуждён тем, что его сердце оказалось так открыто и доступно любимому человеку, что никак не мог заснуть. Он прошёл в дальний кабинетик, где в книжном шкафу с постоянной подсветкой — ведь Фредди очень боялся темноты — стояла урна с его прахом, взял её и уселся на широкий подоконник, поставив её перед собой.