Танцы на стёклах

А про нас с Джаредом сказали бы, что мы и не пара вовсе.

Так, я не должна думать о нем снова.

— Я не спешу со свадьбой, но у тебя еще есть шанс завоевать мое сердце, — немного робко, флиртуя, произношу я. Бросаю на Ника взгляд из полуопущенных ресниц. Мне даже хочется, чтобы он обнял меня и прижал к себе. Чтобы бросил таким образом вызов Джареду, показал ему, как нужно обращаться с девушками.

Хотя… Джаред, не считая взглядов, был со мной очень галантен и вежлив. Я сама уже запуталась в лабиринте из капканов, которые он для меня расставляет. Уверена, что расставляет. Чувствую. Иначе зачем он здесь, в Париже? И что будет дальше?

— Мэл, мне очень приятно, что ты согласилась провести этот вечер только со мной, — мы поднимаем бокалы. — А ты знаешь, про великую тайну Парижа? — загадочно спрашивает он, подмигивая.

— Ммм… какую? Здесь спрятано какое-то древнее сокровище? — хихикаю я, сразу представляя себе склеп где-нибудь возле собора, где скрываются старые реликвии.

— О да. Сокровище, бесценное сокровище.

— И что же это? Я заинтригована, — Николас смотрит мне прямо в глаза.

— Любовь, Мэл. Древня легенда гласит, что даже к самому холодному и израненному сердцу здесь можно подобрать ключ. Тот, кто приезжает в Париж в первый раз, уезжает отсюда уже влюбленным. Влюбленным навечно, и, говорят, влюбленных, что нашли друг друга в Париже, не может разлучить даже смерть. И это доказано, — на полном серьезе произносит Ник, и я почти верю ему. А потом вижу ямочки на его щеках.

— Какая красивая легенда. Я почти поверила, — мы проводим замечательный вечер вдвоем. Наши руки соприкасаются, он поглаживает мои запястья. Все очень интимно, но внимание Ника не вызывает во мне ничего кроме мыслей о том, как мне комфортно.

Легко.

Никаких тревог, никакого стыда за порочные мысли. Никаких жутких и новых желаний. Я не хочу, чтобы он подсадил меня на барную стойку, и трахнул, распустив прическу, наматывая на кулак пряди.

Рядом с Ником я узнаю себя — я та самая Мэл, которая сидит в своей зоне комфорта и не высовывает носа.

— О чем ты думаешь? — спрашивает Ник с подозрениями. Очевидно мой взгляд плывет, когда я думаю о Джареде и о барной стойке. О его толчках в мои бедра.

Краснею.

— Я опьянела от запаха виски, — устало хныкаю я, намекая на то, что хочу спать.

— Тебе нужно спать, кроха. Пойдем, провожу, — соглашается Ник, и проводит меня до номера, который находится на пути в его комнату.

Я не могу уснуть, ворочаясь на шелковых простынях. Джаред здесь, в этом отеле. Трахает в своем роскошном номере Беатрис?

Черт. Да почему же слова «трахает» и «Джаред» в одном предложении так волнуют меня? Да потому что он соткан из секса, греха и искушения. Проклятое яблоко, в которое хочу вонзить зубки. Медленно и мучительно нежно.