Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

– Свидетельство о браке иногда делают на плотной бумаге, даже на картоне размером с хороший стол, украшая виньетками и прочими излишествами. Если бумаги разного калибра и плотности соберешь в кучу, старательно уложишь, выровняешь… как раз может получиться толстая книга крупного формата.

– Зенончик что‑то плел о большой толстой книге…

– Вот именно. И надо было видеть, как Анита при этом смотрела на него!

– Но могло поместиться и в какой‑нибудь коробке. Холера, напрочь забыла! Итак, у нас выбор: картонная коробка, большая книга или кипа в газете. И все это, надеюсь, ты тоже заметила, прекрасно помещается в мешке из‑под кота, а также на какой‑нибудь из книжных полок.

– И такое можно воткнуть между коробками с обувью, — подхватила я, — коробками стирального порошка, проспектами, альбомами всевозможного калибра и предназначения, в том числе и с фотографиями…

– …и еще между многим другим, — мрачно закончила скорбный перечень Алиция. — Как думаешь, они там закончили наводить порядок? Я уже не могу, комаров целые тучи…

– Закончили не закончили — все равно возвращаемся. Однако двери в ателье я бы заперла.

– Ну так запри. И тебе удобнее пройти здесь, садом, чем через дом. Войдешь в мастерскую и изнутри запрешь дверь.

Спотыкаясь в темноте, я влезла в клумбу, продралась через какой‑то колючий куст, добралась до ателье и очень старательно заперла изнутри его дверь. А потом, тоже спотыкаясь и чертыхаясь, вскарабкалась по лестнице на первый этаж дома (лестницы всегда были для меня великим испытанием), благословляя Торкиля за обилие выключателей во всех возможных и невозможных пунктах вдоль лестницы. Надо же, как он умело все предусмотрел! Я могла включить свет внизу и выключить наверху. В темноте я бы наверняка неоднократно слетела с лестницы. По пути у меня почему‑то создалось впечатление, что каким‑то таинственным способом нам удалось устроить еще больший бардак, по сравнению с прежним.

Беата и Павел были больше заняты собой, чем уборкой кухни. Кошки примирились с тем, что сегодня им придется ужинать на террасе, ибо как‑то сами по себе поняли — обилие ног в кухне исключает привычный ужин на кухонном полу. Сытые и довольные жизнью, они заняли привычные позиции на высотах в гостиной.

– Вот что меня удивляет, — заметила я задумчиво, поскольку кто‑то пребывал в сортире, — что эти животные привыкли к реву бачка и совсем на него не реагируют…