Цель оправдывает средства. Том третий

Но больше всего откровенно выбивало из колеи то, что посреди центральной платформы, развернутый поперек относительно входа, параллельно линии главных иллюминаторов, располагался длинный прямоугольный стол, на котором могли разместиться дюжины три разумных. Однако, ровно половина стола уже имела своих гостей, одетых в форму Императорского флота Закуула. А сквозь транспаристил рубки можно было видеть корпус «Имперского», на котором сюда прибыл Таркин-младший и верные ему люди.

Сервировка на уровне лучших ресторанов, в которых Гарошу удалось побывать. Блестящая и хрустальная посуда, изысканные блюда… Навскидку, стоили эти яства никак не меньше десяти тысяч кредитов. И не датариев, а в валюте Вечной Империи.

— Зря я не захватил бумажник, — произнес Таркин-младший. — Похоже, за обед сдерут по полной.

— Не стоит думать о нас в таком ключе, — хмыкнул среднего роста мужчина с прилизанными на крупном черепе волосами и слегка добродушно-мясистым телосложением, на котором безукоризненно сидел белоснежный мундир, подогнанный под телосложение так, чтобы скрывать слегка обвисшие бока командующего. «Похоже, Зиндж не занимается спортом,» — подумал адмирал. — Адмирал Гарош Таркин?

— Так понимаю — вы гранд-адмирал Зиндж? — офицер-перебежчик пожал протянутую ему руку. — Рад знакомству, сэр.

— Взаимно, — хмыкнул офицер Вечной Империи. — Прошу к столу, кушанья стынут.

Больше всего Гарошу казалось, что он находится на представлении дешевого комедийного спектакля. Потому как в здравом уме представить, что подобное может вытворить с мозгом своего флагмана столь высокопоставленный командующий…

«Первач» стал сомневаться в своем намерении сменить сторону.

Добравшись, наконец, до стола, имперцы расселись, заполнив пустующие места. Но к еде никто не притронулся.

— Не волнуйтесь, не отравлено, — усмехнулся Зиндж, разглядывая гостей.

— Не в том дело, сэр, — мотнул головой Гарош. — Просто…

— Не совсем то, что вы намеревались увидеть? — поднял бровь гранд-адмирал.

— Честно говоря — совсем не то, — не стал юлить Таркин-младший. — Я не думал, что в вашем флоте принято вот так просто превращать боевую рубку в столовую…

— Боевую рубку? — брови Зинджа поползли вверх. Он оглядел присутствующих, удостоверился в том, что на лицах его офицеров нарисовано все то же непонимание, и уточнил:

— Вы о чем?

— Об этом, — Гарош обвел руками пространство вокруг себя, символизируя помещение, в котором он и его люди находились. — Нет, мне безумно приятно, что вы так расстарались для меня и моих людей, но… Для меня непонятно, как в наше неспокойное время можно вот так просто взять и установить трапезный стол на мостике.

— Всецело с вами согласен, — неожиданно кивнул Зиндж. — Сам бы расстрелял того подчиненного, кто так поступил. Мразотность и святотатство по отношению к традициям и воинским дисциплинам.

Гарош захлопал глазами.

— Это какая-то шутка? — уточнил он.

— Нет, — опроверг Зиндж. — В Имперском Флоте гранд-адмирал обладает правом лично судить подчиненных ему офицеров. За исключением командующих оперативными объединениями и командиров линейных звездолетов. Последнее — привилегия Императора, с согласия которого офицер и занимает столь высокий пост.