Друзья и недруги. Том 2

– С твоим братом – сэром Гаем. Ты ведь тоже сын Лайонела Гисборна? Вот я и пыталась найти более приметное сходство, чем вижу.

Джеффри несколько мгновений молчал, пристально глядя на Эллен.

– Как ты узнала? – наконец спросил он и, сообразив, насмешливо протянул: – Ах да, Маленький Джон! Он же слышал, что мне сказал граф Роберт! Мог бы и промолчать. Хотя с какой стати ему проявлять деликатность?

– Сдается мне, ты не гордишься кровным родством с сэром Гаем! – сказала Эллен.

Джеффри посмотрел на потолок, словно пытался найти там что-то особенное, и брезгливо скривил губы:

– Чем же гордиться? Тем, что сэр Лайонел был похотлив, как мартовский кот? Сама подумай: я родился на пару недель раньше законного сына. То есть сэр Лайонел, будучи женатым, считал возможным затаскивать в постель служанок. В этом ты усматриваешь предмет для гордости?

– Выходит, твоя мать была не единственной его любовницей? – допытывалась Эллен, не в силах противиться любопытству.

– Любовница – это сильно сказано! – фыркнул Джеффри. – Так, приглянулась, попалась под руку, когда на него охота нашла, несколько раз повалял ее на спине и забыл. Сэр Лайонел себе мало в чем отказывал и весьма охотно пользовался правом первой ночи. Редкая новобрачная доставалась супругу девственной, а уж от кого именно жены понесли первенцев, мужьям приходилось только догадываться и уповать, что не от сэра Лайонела. Он и сам не знал, сколько у него бастардов обоего пола бегает по двору замка, не говоря о деревнях, да и знать не хотел. Щенки гончих собак занимали его больше, чем побочные отпрыски. Я отличался от прочих лишь тем, что моя мать стала кормилицей сэра Гая. Выкормила как законного сына, так и бастарда. А сэр Лайонел отблагодарил ее за это, выдав через несколько лет замуж за конюха. Гаже человека, чем мой отчим, я в жизни не видел. Только и знал, что угощать побоями то мать, то меня. Ох, как я хотел скорее вырасти и дать ему отпор! Жаль, что к тому времени он умер.

– Зато твоей матери стало легче, раз он был таким негодным мужем, – заметила Эллен.

Джеффри повел в ее сторону глазами и, усмехнувшись, помотал головой.

– Не стало, – внезапно охрипшим голосом сказал он и криво улыбнулся: – Она умерла раньше. Не оправилась от очередных колотушек. После ее смерти он был бы рад вымещать свою злобу на мне, но не посмел. Помнил об угрозе лорда Гая, да и до меня ему было не так просто добраться. Едва мы вернулись с похорон моей матери, как лорд Гай пожелал, чтобы я днями оставался при нем. Ночевать же мне было велено вместе с ратниками, и я перебрался к ним с большой радостью.

– Чему ты был рад, мне понятно. Но ради чего сэр Гай принял в тебе участие? Что для него в тебе было такого особенного?

– Дай мне вина или эля, – попросил Джеффри. – От твоих расспросов горло пересохло.

Когда она принесла кружку с элем, он, сделав большой глоток, сказал: