Обвиняется в измене
- Автор: Субботина Айя
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Обвиняется в измене». Краткое содержание книги:
Денис: Я увидел ее в доме человека, от которого зависит мой бизнес. Милую, наивную, непонятную, как другая планета. Увидел – и на минуту забыл, что мне тридцать пять, я женат и моя жизнь давно превратилась в рутину. Забыл, что она – дочь человека, способного разрушить все, что я создал. Забыл – и не захотел вспоминать, когда она просто мне улыбнулась. Пошла навстречу, смешно морща нос, сказала: «Привет» и покраснела, глядя на моего брата.
Соня: Сашу мне выбрал отец, но я сама влюбилась в него с первого взгляда, потому что он был лучше всех на свете. Красивый, яркий, обаятельный. Мы посмотрели друга на друга и все стало ясно без слов. Кроме одного. Почему в моих мыслях все чаще другой… женатый мужчина?
— Что? — Соня густо краснеет, пытается спрятать лицо, но я заставляю ее смотреть мне в глаза.
— Прости, зараза, я, честное слово, не считал, сколько раз думал о тебе, так что придется поверить на слово, что это было очень много и часто. Больше, чем допустимо для мужика в тридцать пять, который давно стал циником и прагматиком.
Все же она еще ребенок.
Я нарочно выбрал самую грубую формулировку, пошел петлять обходными путями, как заяц, а Одуван все равно счастливо улыбается, как будто я встал на одно колено и с розой в зубах исполнил романтическую серенаду.
— Ты самый невыносимый человек на свете, Денис Ван дер Мейер, - качает головой она, протягивая ко мне узкие ладошки, чтобы обхватить за щеки. Жмурится, потирая щетину подушечками больших пальцев, и ее улыбка становится еще шире. — Ты ведь мог просто сказать, что тебе было плохо без меня, а не вести себя, как викинг на британском берегу в первую минуту высадки.
— Тебе никогда не говорили, что ты выражаешься, как человек, которого прет от собственного охуенного ума?
— Я не зря зубрилка, чтоб ты знал.
— Нет, Одуван, ты у меня другой зверь: мелкий и въедливый, прямо в мозг.
«Мозгоебка», - даю ей мысленное определение, потому что Соня успевает заткнуть меня поцелуем.
Стоит ее губам притронуться к моим — и все моя обида, злость и желание разорвать ее на части, а потом вышвырнуть из своей головы, превращаются в сигаретный дым, от которого не остается и следа уже через пару секунд.
Я не хочу думать о том, что этими же губами она пять минут назад целовалась с Сашкой.
Я вышвырну все это из себя, как раковую опухоль.
Будем считать, что мы расплатись друг с другом: она - за мою злость, я — за ее детские импульсы.
Обо всем остальном поговорим в следующий раз. Не сегодня, потому что сегодня я хочу устроить бурное примирение. Такое бурное, что на этот раз она точно не выйдет из моей постели своими ногами.
Одуван даже целуется как маленькая: доверчиво, очень осторожно пытается протолкнуть свои губы между моими, чтобы обхватить их, пососать, как будто что-то особенно вкусное для нее. Поддаюсь, пропускаю в свой рот теплый острый язык и втягиваю глубже, слизывая с него ее особенный и неповторимый вкус. Она глухо стонет, сдерживается, чтобы не пустить в ход зубы, но я помогаю ей решиться: укладываю ладони на бедра и сжимаю так сильно, чтобы отпечатки моих пальцев проявились у нее на коже даже через несколько слоев одежды. Соня издает забавный, но уже более злой рык, который больше походит на урчание недовольной кошки, и прикусывает меня за губу.
Хочется трахнуть ее прямо тут - и мой едва способный к мыслительным процессам мозг не находит ни единого оправдания, почему я не могу сделать это прямо сейчас.
В последний раз такую ненормальную эйфорию от простого поцелуя я ловил еще в старшей школе, когда зажал в углу практикантку. Хотя, кажется, даже тогда мне не было так классно от чувства обладания и власти.
— Ты придурок, Ван дер Мейер, - шепчет Соня, теперь уже намеренно проводя острым краем зубов по верхней губе. — Ты правда хотел меня уволить?
— Ага, - ухмыляюсь ей в губы. — Вообще-то уже уволил. Так что теперь ты не стажерка Ларина, а моя личная помощница с ненормированным рабочим графиком. Надеюсь, ты способная и старательная, потому что за каждый промах я буду…
Чтобы не озвучивать очевидную форму наказания, просто отвешиваю ей шлепок по заду.
В ответ Соня заводит ноги мне на талию, притягивая к себе, словно каракатица, которая поймала жертву и не намерена отпускать ее живой.
И как только мне начинает казаться, что на этот раз у нас точно все точки над «i», что-то идет не так. Даже не сразу понимаю, почему Одуван вдруг начинает брыкаться, вырываться из моих рук. Может, снова был слишком грубым?
— Денис, пожалуйста… — Она как-то истерично вырывается, сползает со стола, чуть не падая.
— Да блядь, я тебя даже не трогал! — Ору ей вслед, потому что эта ненормальная малолетка снова несется к двери. — что с тобой не так?! Я снова должен за тобой бегать?!
Она ничего не отвечает, просто несется по коридору, так ни разу и не сглянувшись в мою сторону.
Глава тридцать восьмая: Соня
— Что с тобой, солнышко? — Мама кладет ладонь мне на лоб, и я непроизвольно отодвигаюсь, потому что прикосновение холодной кожи вызывает неприятный зуд во всем теле. — Все, с меня хватит. Я звоню врачу.