Собственность зверя

— Ух ты, — усмехнулась я, глядя, как нервно она его потрошит.

— Я сейчас, — виновато улыбнулась она стилисту, — только закурю… и больше не буду крутить головой…

— Закуришь? — мои брови поползли наверх.

А она извлекла победно сверточек и развернула его на столе. Действительно — сигареты.

— Это Дана делает. Успокоительные… — Она с наслаждением затянулась, выдохнула клубок немного сиреневого дыма и расслабленно откинулась на спинку кресла. — Погнали.

Я рассмеялась:

— Гордон видел тебя такой?

— О, да, — хихикнула Нира. — Этим я его проверила сразу. И пьяной — тоже.

Мы посмеялись от души, а когда ушел стилист, заварили чаю. Приятно было замереть на несколько минут в тишине дома, пока с улицы слышится праздничная возня.

— Ну что, ты решилась поступать?

— Да, — кивнула я и улыбнулась. — Готовлю вступительную работу про одного известного уникального фотографа…

Я мечтательно закатила глаза, вспоминая основные кадры… Киан меня вдохновил настолько, что я провалилась в этот фильм с головой, поддерживал, поощрял, помогал советом… Я чувствовала себя с ним, как птенец в гнезде матерой птицы. Да, однажды придется самой. Но он будет рядом. Его страсть любимым делом завораживала, к ней хотелось прикоснуться.

Наверное, когда-то так же меня восхищал мой отец. Я вообще получалась ведомой важными мужчинами в моей жизни. Именно поэтому параллельно планировала учиться на специалиста по продвижению в сфере искусства. Планов было много, но после года взаперти и постоянного страха за жизнь ребенка и свою я открыла в себе ресурс на все и сразу. Не хотелось ждать…

— Пока Илай маленький, я подготовлюсь. Киан меня поддерживает…

Он и сейчас где-то гуляет с малышом в слинге.

— Хорошо все у вас?

— Да, — мечтательно вздохнула я. — Знаешь, у меня чувство, что на моей улице перевернулся тот самый грузовик со счастьем…

— Ну ты его лично притащила с дальнего севера!

Мы рассмеялись. Сложно было поверить во все. Произошедшее казалось сном… И только когда смотрела на спящих Киана с Илаем в обнимку, не могла отвести взгляда… и снова тихо тянулась за камерой.

***

Мне не дали остаться с сыном в одиночестве… Да и… я начал находить в этой суете свою прелесть. Илай спал на воздухе так крепко после душного Смиртона, что его не беспокоили ни разговоры, ни детская беготня вокруг. Мы стояли с ним на площади Аджуна — небольшой вымощенной плиткой площадке. Украшенная весенними цветами арка трепетала лентами на влажном ветру, гости грелись у столов с горячим вином с травами, судя по запаху. Вообще народ не раздражал. На меня никто не обращал внимания, а после Смиртона это как глоток свежего воздуха. Особенно — после выставки… Потому что стоило закончить первый день, на меня обрушился шквал голодного внимания и предложений разного рода. Я бы захлебнулся во всем этом, если бы не Лали.

— Привет. — Рядом возник Сезар.

— Привет. — Я перевел взгляд на коляску, которую он то и дело слегка покачивал.

— Только поел, — указал он глазами на ее нутро. — Кристиан.