Царский зять

«Собственные пираты у меня есть – засели в дельте Дуная, и свою столицу в плавнях Сечью назвали, по привычке. Вооружились с моей помощи до зубов – я для них полсотни новых «чаек» построил, а на каждой по два трехдюймовых единорога. Четыре тысячи головорезов на труднопроходимой территории размером больше Керченского полуострова. Причем совершенно недоступные для любой инфантерии места – несколько речных рукавов, переплетенные густой сетью проток, везде плавни с камышами и кустами, уйма озер и болотин. За два года они там прижились, и нет сейчас силы, что их оттуда выковыривать сможет.

Сечевики уже поддержали свою репутацию и наводят жуткий ужас на все прибрежные территории Блистательной Порты. Пиратствуют вовсю, как могут, уже шляются по Дунаю, потопили миноносными атаками турецкие патрульные корабли у болгарских крепостей. Побывали даже в Белграде, хотя удрали оттуда дранными, с трудом уйдя от османской погони. Дерзкие они очень, что тут сказать можно!

Надеюсь, что мне не придется ими впредь заниматься – Османская Порта сильна неимоверна, потому Константинополь я никогда не увижу. Так что пусть сечевики дальше резвятся еще полвека – с ними мы в дружбе и согласии, а головная боль турок не моя печаль.

Даже когда мир с султаном заключу, а это произойдет рано или поздно, то всегда открещусь от их набегов – казаки люди вольные и власти над ними не имею. И пусть выковыривают эту занозу из собственной задницы, а я ее поглубже вгонять буду!»

Юрий прошелся по берегу, внимательно посмотрел на развалины древнего Херсонеса – высились белые столбы разрушенного храма. Турки уничтожили старинный город, в котором семь веков тому назад князь Владимир Святославич принял крещение. А потом крестил и всю Русь, начав с Киева, жителей которого его дружинники загнали в днепровские воды, так сказать для ускорения процедуры обряда.