Дело тётушки Кеннел

Будто бы доктор Филипс оказался другом Засса и теперь ни за что нельзя допустить, чтобы Засс встретился с моей экспедицией доктора Филипса». Это был кошмарный сон: тетушка все знала и ругала, и пилила меня, на чем свет стоит. Если бы открылся обман, Вандерер убил бы меня и засунул в пирамиду вместо мумии.

Проснулся в холодном поту и долго размышлял. Если бы вся эта история происходила на самом деле, я сказал бы своей тетке так: «Вы правы, – сказал бы я, – я натуральный болван. Ломаю себе голову, когда выход у нас под носом!». Все, что мне нужно – не пустить к Красной пирамиде Засса.

Тут, кажется, как-то не так стоят кавычки? Но ты же знаешь, я никогда не был так силен в грамматике, как ты. Поставь их на место сам.

Теперь, полагаю, хватит про сны. Главное, о чем я собирался тебе сообщить, вот: мяу! Точнее, это я называю их мяу, когда на самом деле они мау. Ты наверняка услышишь о них из газет. Кроме того, мы с профессором сделали еще одно открытие: бесшерстные мыши! Поймали штук двадцать прямо в Красной пирамиде. Удивительно гадкие и поразительно вонючие существа самого неприличного вида, какой можно себе представить! Кто бы сказал, что у древних египтян была богиня преисподней с мышиной головой! Представляешь? Они, видишь ли, считали, что мыши появляются из-под земли, то есть, сам знаешь, откуда, и вдобавок предсказывают будущее. Профессор вчера весь вечер об этом рассуждал. Говорил, что эта богиня упоминается в Книге Мертвых. Он даже целую гипотезу выдвинул. Раз имеются ушебти в виде фигурки мыши, считает он, это говорит о том, что фараоны боялись и почитали мышеголовую, так сказать, в материальной форме. Потом он сказал, что естественные природные склонности животных породили легенды, и вот, дескать, почему в Красной пирамиде столько кошек: фараоны держали их, чтобы отпугивать смерть в мышином обличье. И потом сказал, что там же могут найтись обширные захоронения мышей в золотых побрякушках. Вандерер проболтал с ним всю ночь и теперь бредит мышами. Из двадцати рабочих и так уже половина копается по ночам у Красной пирамиды, а теперь туда отправлены еще трое. А Эдна, бедный ребенок! Она так обожает животных, что привыкла даже к лысым кошкам, ходила за мной по пятам. Но и она носа не показывает в нашу палатку, когда я вожусь с мышами. Удивительно, что никто не наткнулся на них раньше! То ли преданность трону столетиями передается по наследству, то ли лысые кошки охотятся на лысых мышей – вот загадка, над которой…»