Китайский секрет для мистера Форда

Послу принадлежал романтичнейший голубой «Бенц», на котором тот и явился на сегодняшнее собрание. Вес авто, согласно справочнику жителей города, составлял ровно две тонны.

– Который сломался всего шесть раз, – продолжил мысль компаньона Д.Э. Саммерс, – получил столько-то очков и побеждает во всех пробегах со скоростью двадцать восемь верст в час, хотя все читали в рекламе, что он не ломается вовсе и спокойно развивает сто.

Тут двое джентльменов оборотились в сторону представителя «Роллс-Ройс».

– Представьте себе, – произнес М.Р., – что по правилам охоты лису можно было бы преследовать со скоростью не более трех миль в час, а за каждую ослабшую подпругу с вас снимали бы штрафные очки. Как вам это покажется?

– В самом деле, Павел Николаевич, – сказал Беляеву Всеволожский. – Почему же нет? Пусть будет ралли. Такие пробеги, гонки, или, если желаете бои без правил, между городами уже имели место.

– Да, но после 1903 года, когда в гонках Париж-Мадрид погибло более шестидесяти человек, подобные вещи в Европе запрещены! И совершенно обоснованно.

– Справедливости ради, – вмешался барон Бекель, один из учредителей клуба, – погибли не столько гонщики, сколько зеваки на дорогах. И потом, что вы скажете о ралли пять лет назад, в ознаменование международных автомобильных выставок? Скорости были высокими, дороги, как всегда, плохими, но не погиб ни один человек.

– Только собак и куриц передавили множество, – засмеялся кто-то.

– …благодаря отличной организации, – закончил Бекель. – Полиция согнала с дорог всех зевак и проезжих. Может быть, вы слышали, господа?

– Это когда победил Артур Дюре на «Лоррен-Дитрихе»? – спохватился Д.Э. – Он упоминал.

М.Р. незаметно ткнул компаньона кулаком в спину, давая понять, чтобы тот прекратил «вспоминать» то, что могло выйти боком.

– Да, но, Александр Яковлевич, что это меняет? – кипятился Всеволожский. – Погибли люди. Мы не можем позволить себе скандал!

Тем временем М.Р., неотрывно глядевший на компаньона, почувствовал, что от напряжения вот-вот упадет в обморок, извинился и вышел в уборную. Там нервы отказали ему окончательно. Сидя в уборной, закрыв лицо руками, прислушивался он к гулу голосов, понимая, что ни под каким видом не сможет выйти к автомобилистам с такой физиономией. Наконец, судя по всему, собрание было окончено.

В курительной комнате задержались только Д.Э. Саммерс, английский посол и представитель «Роллс-Ройс». Они заканчивали о чем-то договариваться. Наконец, Джейк засмеялся, джентльмены пожали друг другу руки и Д.Э. бодрым шагом направился к компаньону, обреченно стоявшему на лестнице.

– Второе пари? – спросил Дюк измученным голосом. – С послом? Ты что, рехнулся?

– Пятьдесят гиней, – подтвердил молодой головорез.