Друзья и недруги. Том 1

Держась за руки, они пошли обратно в селение, и, проходя мимо своего дома, Элизабет невольно замедлила шаг. Заметив это, Вилл крепче сжал ее руку и рассмеялся.

– Незачем, Лиззи! Твои родители уже привыкли, что ты каждую ночь проводишь со мной. Завтра утром пойдем к ним вместе.

Они пришли в дом Вилла, поднялись по лестнице в его спальню и разделись с такой привычностью, словно давно побывали в церкви и обменялись брачными обетами. Когда Элизабет легла в постель, Вилл окинул ее долгим пристальным взглядом и улыбнулся.

– Я, наверное, ослеп! У тебя живот распух и округлился, а я вчера ничего не заметил!

Он лег возле нее, обнял и закрыл глаза. Элизабет подумала, что Вилл уснул, как вдруг он беспокойно поворочался, перевернулся на бок и посмотрел на нее непривычным, едва ли не жалобным взглядом.

– Лиз, мне, наверное, теперь не стоит трогать тебя, но я ничего не могу с собой поделать. Я очень хочу тебя!

Элизабет даже рассмеялась: настолько необычным был просительный тон для всегда властного и уверенного в себе Вилла.

– Вилл, любимый, ты стал просить то, что столько времени брал без спроса? – глядя в его золотистые, янтарные глаза, Элизабет нежно провела ладонью по щеке Вилла и тихо сказала: – Пожалуйста, милый! Я тоже очень хочу тебя.

Услышав ее признание, Вилл рывком привлек к себе Элизабет, закрыв ей рот страстным поцелуем, но, тут же опомнившись, осадил себя и стал очень бережен, так бережен, каким не был и в первую ночь. Он искупал ее в своей нежности и, засыпая, положил ладонь ей на живот, словно защищал и Элизабет, и ребенка от неведомой опасности.

– Надо же! – прошептал он, обняв ее и поцеловав в лоб. – Ты этой осенью подаришь мне сына!

– А если родится дочь? – улыбнулась сквозь подступающий сон Элизабет и услышала:

– Я стану гордиться ею – ведь она будет так же красива, как ты.

Утром Барбара, наблюдая, как Вилл и Элизабет вместе спускаются по лестнице, поняла, что ее ждет нечто необычное. Достаточно было того, что они вышли из спальни вдвоем, но Вилл еще и держал Элизабет за руку, что было совсем удивительным. Не спуская с матери глаз, он подвел к ней Элизабет и громко и отчетливо сказал:

– Матушка, я намерен взять Элизабет в законные жены и прошу у тебя благословения для меня и моей невесты.

Барбара улыбнулась, молча поцеловала сына в лоб, обняла Элизабет и расцеловала ее в обе щеки. Незаметно для Вилла она прикоснулась ладонью к ее животу и, посмотрев ей в глаза, выразительно подняла брови. Элизабет залилась пунцовым румянцем, и Барбара, рассмеявшись от души, отвела ее в сторону.

– Пожалуйста, не думайте обо мне плохо! – взмолилась Элизабет. – Я не нарочно!

– Милая, глупая девочка! – рассмеялась Барбара. – Да я не желаю лучшей жены для сына, чем ты, и другой невестки для себя. Даже если бы ты не понесла от него, он бы все равно рано или поздно отвел тебя в церковь. Ведь он любит тебя!

Элизабет недоверчиво посмотрела на Барбару, и та снова рассмеялась.

– Поверь мне! Я его мать, потому могу увидеть в сердце своего сына даже то, в чем он себе не хочет признаться, не только тебе. Конечно, у Вилла весьма тяжелый нрав и изрядная гордость, но когда-нибудь он поймет собственное сердце и ты услышишь от него слова, которых так долго ждешь.