В плену у полуночи [ЛП][Taken by Midnight-ru]

Он снова ее поцеловал, на этот раз глубже и медленнее. Его руки были нежны, он запустил их ей в волосы, затем плавно переместил на плечи и спину. Она чувствовала себя такой защищенной в его руках, такой маленькой и женственной на фоне его огромного воинского торса и мускулистых рук. И ей это нравилось. Нравилось, что он заставлял ее чувствовать себя такой. С ней такого никогда не случалось, даже когда она была с мужем.

Митч. О, Боже…

Мысль о нем заставила ее сердце сжаться, словно его зажали в тисках. Не из-за горя или тоски по нему, а из-за того, что Брок целовал ее и обнимал, заставляя чувствовать себя достойной его внимания, хотя она ему еще не все рассказала.

Его мнение о ней может измениться, если он узнает, что это ее эгоистичные действия привели к аварии, в которой погибли ее муж и ребенок.

— Что случилось? — Спросил Брок, без сомнения чувствующий изменения в ее поведении. — Что-то не так?

Она освободилась из его объятий и отвела взгляд зная, что было слишком поздно притворяться, что все хорошо. Брок все еще нежно поглаживал ее в ожидании, что она расскажет о своих тревогах. — Ты был прав насчет меня, — прошептала она. — Ты сказал, что я всегда хочу все контролировать, и был прав.

Брок хмыкнул и приподнял ее лицо за подбородок. — Это не важно.

— Важно, — настаивала она. — Это было важно сегодня, и было важно четыре года назад на Аляске.

— Ты имеешь в виду, когда потеряла Митча и Либби, — сказал он, больше утверждая, чем спрашивая. — Ты считаешь, что каким-то образом виновата в этом?

— Я знаю, что виновата. — Всхлип вырывался наружу, но она смогла его подавить. — Этого бы не случилось, если бы я не настояла на том, чтобы в тот день поехать домой.

— Дженна, ты же не думаешь…

— Дай мне сказать, — перебила она. — Пожалуйста … я хочу, чтобы ты знал правду. И мне нужно выговориться. Я не могу больше держать в себе эти слова.

Он больше ничего не произнес, лишь спокойно взял ее за руки и позволил рассказать о том, как ее упрямство и чертова потребность контролировать каждую ситуацию стоили Митчу и Либби их жизней.

— Мы были в Галине, это город в нескольких часах езды от Хармони. Полиция штата устроила там шикарный торжественный вечер. Это было одно из тех ежегодных мероприятий, на которых раздают почетные медали и фотографируют тебя с губернатором. Меня наградили за выдающиеся достижения в нашем отделе, впервые удостоили какой-либо награды. Я была уверена, моей карьере пойдет на пользу быть увиденной таким большим количеством значимых людей, поэтому я настояла на том, чтобы Либби поехала с нами. — Она сделала глубокий вздох и медленно выдохнула. — Был ноябрь и дороги были практически не проездными. До Галины мы доехали без особых проблем, а вот обратно…

— Все хорошо, — сказал Брок, заправляя прядь выбившихся волос ей за ухо. — Ты в порядке?

Она слабо кивнула, хотя на самом деле была далеко не в порядке. Ее грудь переполнилась болью и чувством вины, а на глазах стояли слезы. — Всю дорогу мы с Митчем спорили. Он считал, что дороги непригодны для езды. Они и не были, но скоро должен был начаться шторм, который ухудшил бы ситуацию. Я не хотела ждать пока погода стихнет, потому что на следующий день у меня была смена. Вот мы и поехали домой. Митч был за рулем, Либби сидела в своем кресле сзади. Пару часов спустя на нашу полосу заехала фура, полная бревен. Не было времени среагировать. Не было времени сказать, что мне жаль, или сказать, как сильно я их люблю.