(не) твоя тайна, или Разбуди мою страсть

Я не стала возвращаться в Москву, выехала на МКАД и отправилась к дому Самойловых. Если уж и расставлять точки над «и», то во всем и со всеми.

Но меня ожидала неудача.

— Викуля, — протянула Олимпиада, — проходи, хоть чаю попьем вместе, но Виталика нет. Он сказал, что ему перед тем, как отправиться в санаторий, нужно кое-какие дела порешать. Он как уехал с Евой, так и… — женщина резко замолчала, о чем-то на мгновение задумавшись, а затем ласково улыбнулась и потянула меня за рукав куртки. — Раздевайся, пойдем.

Я не хотела никуда идти, тем более общаться с Олимпиадой, именно сейчас, когда была полна решимости все прояснить с Ветом, до всяких там санаториев.

— Олимпиада Львовна, может, все же позже? — Я глянула на свое запястье. — Скоро Еву уже из школы забирать, а я так и не нашла Виталия.

— Садись, — жестко проговорила женщина, вмиг теряя всю свою теплоту.

Я плюхнулась на деревянный лакированный стул, напоминая самой себе непослушного подростка. Скинула куртку и задрала подбородок, смело смотря в голубые глаза своей свекрови, которая теперь существенно возвышалась надо мной.

— Что, Олимпиада Львовна?

— Я пыталась быть милой, — спокойно произнесла женщина, я кивнула, готовясь к продолжению. — Сесть и поговорить с тобой по-дружески за чаем, но ты…

— Но я тороплюсь к мужу, Олимпиада Львовна, и, судя по всему, теперь я его увижу лишь вечером, так что да, я тоже пыталась быть милой.

— Вика, — предостерегающе сказала она, ей оставалось лишь пальчиком перед моим носом помахать, чтобы полностью соответствовать образу воспитателя для непутевых малышей. — Мне не нравится все то, что происходит у вас с Виталием. Я с самого начала была недовольна, но решила, что Вет уже большой мальчик, а теперь… теперь… — Она всплеснула руками и села за стол.

Во время своей длинной и, по сути, несодержательной речи Олимпиада все время поглядывала на дверь, ведущую в кухню, словно ждала кухарку или домработницу.

— Олимпиада Львовна, — устало и крайне тихо обратила я внимание женщины на себя, — у вас скол на вазе. Вон на той, — кивнула я на свою любимейшую деталь в этой комнате.

Жаль было расставаться с этими сколом и трещиной, я почти срослась с ними, но нужно было отвлечь женщину от пустых нотаций.

— Как скол? — возмутилась она и подскочила с места.

Я же плавно поднялась и тихо направилась к выходу, но не тут-то было, позади я услышала голос, обладательницей которого, видимо, и была та самая особа, которую так ждала свекровь.

— Тетя Липа, я все съела, спасибо.

Я обернулась и уставилась на красивую блондинку, молодую, ухоженную, модную. Я слышала о ней пару раз от Вета и видела ее фотографии в интернете. Мирослава Огнева, несостоявшаяся невеста Вета.

Стало как-то муторно.

— Ох, Мирочка, — воскликнула тетя Липа и отпрыгнула от вазы, которую все это время изучала, — как ты быстро. А мы тут с Викой скол на вазе нашли, ты представляешь? Нам с Сергеем на свадьбу эту вазу твой отец дарил, и вот… — Женщина печально вздохнула, хлопнула в ладони и преувеличенно бодро продолжила: — Вика, познакомься, это Мирослава, ее родители наши большие друзья, она сегодня заехала ко мне в гости, ничем не позавтракав, ну я и отправила ее к Маргарите за творожной запеканкой. Ева же ее обожает, — ласково улыбнулась женщина, и только эта улыбка была по-настоящему искренней. — А это Вика, жена Вета, — представила Олимпиада и меня.