Составительница ядов. Не влюблю, так отравлю
- Автор: Иванова Инесса
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Составительница ядов. Не влюблю, так отравлю». Краткое содержание книги:
Мне удалось вырваться из приюта и незаконно приобрести лицензию гильдии травников. А также устроиться помощницей к знаменитой составительнице ядов.
Правда, способностей у меня кот наплакал. Но ничего, что-нибудь придумаю.
На худой конец, обращусь к тому, кто однажды уже помог мне. К некоему Рыси, Королю мошенников. Мужчине весьма привлекательной наружности, но душа которого, по слухам, чернее ночи.
— Нужны силы для предстоящего дела. Помнишь, я показывал тебе три артефакта в шкатулке? Скоро придёт время ими воспользоваться.
— Это стоит того?
Я, наконец, выдернула руку из его горячих, крепко стискивающих мои пальцы ладоней.
Он ничего не ответил, молча принял бокал и осушил его до дна, не сводя с меня синих глаз, в полутьме, несмотря на горевшие повсюду свечи, казавшихся почти чёрными, провалами, из которых на меня смотрело чудовище.
Оно сожрёт и не подавится, а я даже не стану сопротивляться.
— Обещай мне, Кестер! — внезапно сказала я, почти выдернув из его руки опустевший бокал. — Когда всё это закончится, ты выпьешь со мной красного вина. И больше никогда не заставишь это повторять. Я не хочу ничего знать о делах Магов.
— Когда ты так просишь, София, то я не могу тебе отказать, — на его губах мелькнула одна из тех улыбок, которые обещали многое, но ничего конкретно.
Кестер медленно опустился на спину, вытянул ноги и закрыл глаза, всё ещё продолжая улыбаться. Я села рядом, подвинув стул, и приготовилась ждать.
Смотрела на его заострившийся хищный профиль, наблюдала, стараясь не вскрикнуть, за тем, как глазницы вваливаются, кожа сереет, и ничего не чувствовала, кроме дикого желания немедленно всё прекратить.
Я взяла с собой противоядие, умолила Ванду приготовить его.
Цветы ромашки. Стебли мятлика лугового и растолчённый корень мандрагоры. Всё смешать и вскипятить на воде.
Это было универсальным средством, но хозяйка предупредила: может не сработать. Против Слюны Загробного пса нет настоя.
Я уже потянулась за заветной бутылочкой, как свет вокруг помер, словно огромное существо задуло свечи лёгким дыханием.
Наступила тьма, а потом, спустя непродолжительный миг, я увидела свет, услышала музыку вальса и пошла на него. Чтобы при следующем вздохе очутиться в танцевальном зале среди кружившихся пар.
Глава 22
— Передайте это письмо ему, — услышала я женский шёпот откуда-то справа.
Я стояла и смотрела, а меня никто не замечал. В разгаре бала никому нет дела до призраков.
Девушки были в светлых платьях с пышными юбками, шуршащими от любого движения.
Повсюду горели свечи, весело трещали дрова в камине. За высокими окнами стояла промозглая поздняя осень, заглядывала в них и удивлялась, царапая оголёнными ветками деревьев в стёкла: «Как? Вы не слышали, скоро зима!»
— Ах, Лизнет, ты неисправима, он давно не отвечает на твои письма, — другой, спокойный и полный печали девичий голос вывел меня из задумчивости. — Сказано же, вам не быть вместе. Ему наследство не достанется.
— Передай, я умру без него, зачахну.
Пары кружились, широкие юбки на плотных каркасах мешали двигаться легко и проворно, делая девушек неповоротливыми, а их движения — скованными.
Эта мода давно прошла. Я видела такие наряды в журналах, выставленных в витринах Торгового квартала. Их носили раньше, много раньше.
— Я без него пропаду, зачахну, — повторила тоненькая девушка с пронзительно-синими глазами. Она казалась воздушной бабочкой, чуть тронешь крылья — полетит.
И это случилось. Девушка неловко оступилась и задела рукой подсвечник с тремя толстыми оплывшими свечами.
Неповоротливое, хоть и красивое платье из светло-голубого кринолина, вспыхнуло в один миг. Кто-то закричал, другие дамы всплеснули руками, матери скорее оттаскивали дочерей в стороны, иные сами быстрее отпрянули, чтобы огонь не перекинулся на их наряды.
А девушка побежала к балконной двери.
— Письма, сохрани его письма! — кричала она застывшей от ужаса кузине. И летела на свет.
Никто не остановил, знали, что всё равно сгорит. Это было уже не раз.
Девушка, похожая на свечу, наконец распахнула балконные двери. Осенний ветер бросил ей в лицо тяжёлое дыхание осень, и платье вспыхнуло ещё сильнее.
— Сгорела от любви! — шептали в толпе, а жертва моды и красоты рухнула на пол, продолжая пылать.
Дамы охали и зажимали носы, падали в обморок, музыка стихла, кто-то из мужчин попытался накинуть на несчастную пальто, но было слишком поздно.
Оставалось порадоваться, что я не чувствую запаха горелой плоти. Горькая радость от осознания окончания мучений.
Потом картинка сменилась, и я переместилась в небольшой, стылый домик у реки.
По гостиной ходили двое мужчин, одетые в чёрное. Они казались большими стервятниками, ожидающими неизбежных известий о смерти.
— Она уже четыре дня в таком состоянии, целители говорят, надежды нет, — словно заводная кукла произнесла та самая девушка, кузина сгоревшей, и прижала руки у груди.