Блондинка и два брата-аристократа

А вот разбудили меня весьма приятным способом — массажем спины.

— Выспалась? — прошептал Дима на ухо.

— Есть немного, — я повернулась к нему. Да, я умудрилась перевернуться на бок во сне.

За окном ярко светило солнце, а по небу плыли белоснежные облака.

Раздался взрыв, будто кто-то снес дом с одного удара.

— О, Дженкинс на поезде, — Дима мгновенно очутился у окна. Он напряжено смотрел на то, что творилось снаружи.

Огромный столб пыли кружился в воздухе, а когда он осел — стало видно вытянутую металлическую голову поезда.

— То есть он не движется? — заторможено спросила я, вспоминая, что эта пресловутая махина, протаранившая стену, должна быть в вечном движении.

— Нет, мы вчера всю ночь пытались перенастроить его, чтоб он остановился в монастыре. Конечно, не так кардинально, но тут как получилось, — Дима повернулся ко мне. — Только не смотри на меня так, будто хочешь убить.

Я тут, видите ли, злилась и обижалась ночью, а он поездом был занят!

— Вот еще, — отвернулась от него, но он все равно обнял меня.

— Ладно, нам пора, — поцеловал в макушку. Еле заметно. Как он не забывал, что мне от этого больно?

Я схватила дневник и платье, в котором приехала. Хотелось взять еще одежду свежую.

— Времени нет, — Дима взял меня за руку и потащил на улицу.

Возле огромного поезда, больше похожего на белую змею, уже столпились люди.

— А я же говорил! — мужичок в коричневом костюме чуть ли не плясал рядом с махиной.

— Ты разрушил стену! — крикнула на него Клеренс.

Голова поезда заехала в здание наполовину, оставляя огромную брешь в стене. Сам поезд оказался высотой с одноэтажный дом.

— Зато поезд остановился. Миледи, я приглашаю вас отправиться с нами, — сказал он, поглядывая в свой планшет.

— Какой поезд? Здесь монастырь без защиты! Что будет, когда правитель зайдет сюда?

— Я вас умоляю! Здесь в любом случае никого в живых не оставят, — он махнул рукой.

— Клеренс, — Камилла подошла к матери-настоятельнице, — если мы останемся, то тем более они уничтожат монастырь. А так у нас есть шанс сохранить его.

По матери-настоятельнице было видно, что она не хотела бросать свое детище.

C шипящим звуком открылась голова поезда сбоку, разбивая стену еще больше. Белесая дымка вырвалась из нутра.

— Так, отлично, — Дженкинс спрятал планшет, хлопнул в ладоши и пошел к входу.

— Воу, что за грохот тут был? — к нам подошел Виктор.

Выглядел помято, но довольно. А позади него стояла раскрасневшаяся молодая монашка. В борделе не получилось, так тут повезло.

— Мы отправляемся на поезде. И берем всех с собой, — ответил Дима, обнимая меня за талию.

— Я уже начал, — прошептал Виктор, а потом громче добавил:

— Я только за. Не оставлять же бедных женщин на растерзание правителю.

Клеренс повернулась в нашу сторону.

— Мы не можем бросить монастырь.

— Знаю. Заходите в поезд, — сказал Дима.